Крейг Кеннеди

Но теперь здесь был Кеннеди, и он хотел предстать в лучшем свете.

Он посмотрел на Крейга.

– Позвольте мне представить профессора Кеннеди, – сказал он. – Я уже вызвал его.

– Очень рад иметь удовольствие познакомиться с вами, – сказал Коллинз, тепло пожимая руку Кеннеди. – Я надеюсь, что вы примете меня в качестве своего клиента в этом деле. Я щедро заплачу. Я всегда восхищался вашей работой и много слышал о ней.

Кеннеди, был так же непроницаем для обольщения, как камень, как, например, сам камень Бларни.

– При одном условии, – медленно ответил он, – и это то, что я буду действовать точно так, как если бы я был нанят самим городом, чтобы докопаться до истины.

Коллинз закусил губу. Было очевидно, что он не привык, чтобы его встречали в таком независимом духе.

– Очень хорошо, – ответил он наконец. – О'Коннор вызвал вас. Работайте на него и… ну, знаете, если вам что—нибудь понадобится, просто попросите меня об этом. Только если сможете, не впутывайте меня в это. Я расскажу все, что смогу, чтобы помочь вам, но не газетам.

Он поманил нас на улицу.

– Эти люди там, – он кивнул головой в сторону Миллефлеров, – вы их подозреваете? Клянусь дьяволом, это действительно плохо для них, не так ли, если подумать? Ну, теперь, вы видите, я откровенен и конфиденциален в своих отношениях с Блан… э—э… мисс Блейсделл. Вчера вечером я был с ней на большом ужине с компанией друзей. Я полагаю, она пришла сюда, чтобы привести себя в порядок. Я не смог дозвониться до нее сегодня, но в театре, когда я позвонил, мне сказали, что произошло, и я сразу же приехал сюда.

Кеннеди ничего не сказал. Он просто разложил на столе, кусочек за кусочком, разорванное письмо, которое взял из корзины, и рядом с ним разложил ответ, написанный Бланш.

– Что? – ахнул Коллинз, прочитав разорванное письмо. – Я это отправил? Да что вы, вы сумасшедший.

Я не мог понять, лгал он или нет, когда говорил, что не посылал записку. Кеннеди взял ручку.

– Пожалуйста, напишите то же самое, что вы прочитали в записке на этом листе "Новеллы". Все будет хорошо. У вас есть много свидетелей этому.

Должно быть, Коллинза раздражало даже то, что в его словах сомневались, но Кеннеди не уважал людей. Он взял ручку и написал.