Найти ось… или Судьба

Лучи света, воровато льющиеся в окна, временами озаряли картины на стенах. А в какую-то минуту, они нащупали, наверное, то, что искали: лик Богородицы в верхнем углу комнаты.

Клавдия зажмурилась даже. «Надо будет пойти в церковь. Свечу Николаю Угоднику поставить, помолиться за сына. До его прихода успею». Предстоящее расставание с ним не давало покоя.

Она быстро собралась и, не мешкая, поспешила в храм. Сокращая расстояние, не прошла, а буквально пробежала несколько переулков с садами, которые словно маленькие заповедники, источали свой тонкий яблочный запах.

Остатки белого рукава сгорающего дня то выгибались от ветра и набегающих туч, складываясь насупленной темнотой почти вдвое, то под освобождающимися лучами заходящего солнца разрастались до всклокоченной горы света, постепенно разламывающейся на мириады бликов, жадно облизывающих всё вокруг.

«Солнышко, какое ты ещё ласковое, Господь давно зажёг тебя, согрей моего сына в дороге». Ей показалось, что солнечные колосья замигали в ответ и, будто, извиняясь, растаяли под облаками.

В храме было тихо, таинственно. Вверху отсветы мигающих солнечных зайчиков переползали с витража на витраж. Окошек там было много. Лучи время от времени затевали между собой какую-то перекрёстную игру, которую никто не мог остановить, кроме них самих. Когда она прекращалась, внизу заползал сумрак, испещрённый пятнами лампадок. Святая вязь иконостаса светилась в пламени восковых свечей.

Клавдия была верующей. Особенно после встречи во сне с живым Божьим ликом.

Этого сна ей не забыть никогда.

Она стояла в совершенно незнакомом ей месте. Вокруг ни души. Осмотрелась. « Где я?» – подумалось. Растерянно вертела головой то налево, то направо, оглядывалась, всматривалась в даль. Сплошная мерцающая сероватая дымка. Всё очень напоминало лунную поверхность, сфотографированную искусственным спутником Земли. Но она не была равнинной, усеянной кратерами, словно, бусинками. А вся, сплошь и рядом, покрыта белесыми валунами, большими и малыми. Одни из них были конусообразными, но без острых углов, другие – этакими овальными, «яйцеподобными», словно, вот-вот лопнут, и кто-то выйдет из них.

И совсем не ощущалось твердости, каменистости, все воспринималось как пористая белесо-пыльная субстанция. «Что же это за остров такой?» – теребил разум. – «И почему вдруг остров? А, может, это просто горы?..». Но не перестающие удивляться глаза не спешили подтверждать роящиеся мысли. Под ногами та же поверхность, что и вокруг.