БЕЛОЕ и КРАСНОЕ. Отпрыски

Судя по размягченным лицам, оба уже по чутку приняли. Звонок в дверь привел Щербинина в некоторое замешательство.

– Дочь. Опять ключи забыла, – пояснил он, отложил нож и теперь не знал, что делать с селедочными руками: то ли мыть, то ли вытереть обо что-то. – Не откроете?

Майкл с готовностью покивал, но у него у самого руки были в луке, и он крикнул:

– Dino! Open the door, please! We’re busy.

Дино поднялся и, сонный, поплелся в прихожую. Звонок повторился. Дино никак не мог справиться с замком.

– Пап, ну ты что там? – услышал он сквозь дверь и ответил:

– Hold on, hold on! I can’t figure out this lock.

Наконец замок сдался, Дино открыл дверь и увидел перед собой ту самую женщину, какой любовался на холсте. В эту минуту у него даже английский выскочил из головы.

– Ciao, – сказал он на итальянском.

– Чао, – ответила Ольга, подумав, а не притащил ли отец вместе с американцами еще и итальянца, и осведомилась: – Are you an American or Italian? – добавив, что по-итальянски она знает еще «ариведерчи», и этим их разговор закончится.

– Oh, – спохватился Дино, – I’m an American, American! But I’m Italian too! – И пояснил, что его мама итальянка.

– I’m Olga, – улыбнулась она и подала ему руку, изучая его лицо, как, возможно, рассматривала бы лицо незнакомого натурщика.

– I’m Dino, – назвался он, нежно беря и целуя ее руку. – But my last name is Ievlev, from my father. So I’m partly Russian.

– Тогда я буду звать вас по-русски: Диня. Не возражаете?

– Pardon? – не понял он.

– Уменьшительное от Денис, – опять же по-русски пояснила она.

– De?nice? О,?Denice! Who’s Denice?

Она засмеялась, обнажив совершенно голливудские, причем свои, зубы и сказала на английском, что, если он «отчасти» русский, почему он «отчасти» не говорит по-русски? Он отвечал, что у него нет русских знакомых – и не было стимула. Но теперь есть! И со значением поглядел на нее. Она легко засмеялась, спросила, уверен ли он. Он отвечал, что абсолютно, добавив к словам неотразимую итальянскую улыбку.

– Wait and see, – улыбнулась она и предложила освободить ее руку.

– Oh, sorry! – смутился он и, пропуская ее, отступил от двери.

– Thank you so much! – улыбнулась она и вошла.

– You’re welcome! – улыбнулся он и последовал за ней в комнату, оценивая ее сзади компетентным мужским взглядом.

*

Щербинин сидел в ближайшем к кухоньке торце стола; слева от него Майкл, а по правую руку дочь и Дино.