Заумь

Строчишь свои буковки, строчишь, да до самой смерти и будешь строчить без признания, даже самого мизерного. Повторяю, признают и печатают только тех, кто стоит рядом с издателем и молоденьких привлекательных женщин.

– Почему женщин-то?

– Глупец! Смех, прям, с тобой!

– Посмейся, что тебе стоит, коли такой умный! А я послушаю, как безголовая сущность смеётся, – хмыкнул Сергей, обиженный речью сидящей в его голове сущности. – В этом твой мне подарке.

– Подарок в том, что ты сейчас спишь. Ущипни себя.

– Ну… ущипнул.

– Что почувствовал.

– Ничего.

– В руке у тебя кусок хлеба, съешь его.

– У меня камень в руке, хотя… ошибаюсь, точно… хлеб, но он… ничего себе… – удивившись, – как вода протёк меж пальцев.

– Сон. Ты во сне. И нет у тебя никакой жены. Одинокий ты бобыль.

– Злыдень ты, Голос! Не даёшь хода моим фантазиям. Может быть, я хочу книгу написать, рассказать моим потомкам обо мне, пусть даже и в фэнтези. Не буду же я вечно одиноким бобылём. Будет у меня жена, детишки появятся, мне всего-то тридцать лет.

Обо мне, – хмыкнул, – меня, – задумался, – а может быть, – покачал головой, – мою. Вот накрутил, мою… растудыт меня твою мою жизнь. Точно, мою жизнь! Нет, опять что-то не так. О себе! – воскликнув, – рассказать о себе. – И снова минутное молчание, после которого Сергей тоскливо проговорил. – А нужна ли она им, история моей жизни?

– Какую книгу? Ты о чём? Пару слов связать не можешь, а туда же, книгу, – с ехидцей проговорила сущность.

– А чё тогда сны даёшь мне разные.

Мне такие подарочки не нужны. Мало того, что навязываешь всякую ерунду, так ещё и дураком называешь. Видите ли, я пару слов связать не могу. А сам-то, вообще бестолочь безголовая, а туда же ещё. И вообще, кыш из моей головы, ты мне спать мешаешь.

– Мы уйдём, только вот с кем ты останешься. Без нас, – мыслей, ты будешь амёбой!

– Ваши тупые мозги, которых у вас нет, мне абсолютно не нужны, со своими как-нибудь проживу. Во сне лезете, спать не даёте, мало того, ещё и в бодрствовании копошитесь в моей голове.

– Мы в ней не копошимся, мы в ней живём.

– Вас чё… там рота чё ли?

– Да, пожалуй, более. Забыл, мы говорили, что являемся коллективным Разумом.

– Слышь ты, Голос, а ты вообще-то можешь помолчать, заткнуться одним словом, раз и навсегда. А то у меня от тебя уже голова раскалывается, хоть и во сне. И вообще, вали нафиг, устал я от тебя, – гневно крикнул Сергей.

Тотчас по голове Сергея кто-то сильно ударил молотком.