Фанфарон и Ада (сборник)

– Дело в том, что у Валентины нет родителей. Воспитывала ее бабушка, Мария Евграфовна. Я с ней знакома, замечательной души человек, деревенская подвижница.

– Простите, перебью вас… В чем именно подвижница?

– В жизненной установке. Жить только для других – разве не подвижничество?

– А конкретно?

– Конкретно? Если б не Мария Евграфовна, в деревне так бы и не построили восьмилетку. Не будь Марии Евграфовны, местный леспромхоз так бы и вырубал вокруг деревни вековой лес. Не возьмись за дело Мария Евграфовна, так бы никогда и не был создан местный фольклорный ансамбль.

– Она что же, эта Мария Евграфовна, какой-нибудь депутат?

– Никакой она не депутат. Говорю вам – подвижница!

– Подвижница – это прекрасно. Но на социальной лестнице – кто она? Директор школы, председатель колхоза, директор совхоза, кто?

– Рядовая колхозница.

– И ей дают мутить воду во всем колхозе?

– Как это – мутить? Ей-богу, странно вы выражаетесь, Владислав Юрьевич… – Чувствовалось по голосу, Елена Васильевна немного обиделась на Петрова.

– Извините, неудачно выразился… Я имею в виду: как это ей, рядовой труженице, позволяют вмешиваться, даже вершить такие дела?

– Да она никого не спрашивает! На то она и подвижница.

– Любопытно… Как же она тогда позволила внучке уехать из деревни? По идее, Валентина должна была продолжать подвижничество бабушки…

– Мария Евграфовна сама отправила ее в город.

– Да ведь Валентина не учится, а работает!

– Как это? Учится заочно на четвертом курсе юридического института.

– Ну, прямо герой нашего времени!

– Вы иронизируете, Владислав Юрьевич?

– Нет, я просто хочу понять. Мне все кажется, что она не столько сама героиня, сколько ее таковой делаете вы.

– Вы – это кто? Лично я?

– И лично вы, и, так сказать, ярославская общественность.

– Ошибаетесь, Владислав Юрьевич.

– Почему?

– Потому что считает, что хулиганы – это прежде всего сироты. Да, да. Духовные сироты. И это – при живых родителях. Вы ведь помните – она сама сирота, поэтому поставила перед собой цель: вытаскивать из сиротства любую заблудшую душу.

– Хулиганы – это не сироты, это хулиганы. Духовное сиротство – только красивый пассаж, не больше.