Пришельцы

Физические нагрузки ещё удерживали живот от обвислости и, по мнению Николая, он гордо выпирал, как колесо, из-под груди.

Мы вошли в дом. В передней было темно и затхло. Насыщенный смрад от кошек, собаки, объедков и долгого отсутствия качественной влажной уборки делало пребывание в этой комнате вдохновляющим в плане работы над собой по укреплению самодисциплины в стремлении к чистоте. Пол был грязным. Разуваться не хотелось. Николай бросил мне какие-то пластиковые тапочки, имевшие такой вид, будто в них, много лет убирали свинарник.

– Подожди, на – вот эти, – и поставил передо мной достаточно приличные велюровые тапочки. Откуда он их извлек, я не смог заметить.

Из передней прямо вела дверь в коридор, куда сходились все комнаты дома, направо – дверь в кухню, налево – дверь в летнюю гостиную. Дверь в кухню была раскрыта и там царило какое-то запустение.

– А что это за осадное положение у вас на кухне? – спросил я.

– Так я же плитку начал ложить, – ответил Николай со вздохом. Трудно было понять, что он делал в темноте передней, видимо боролся с какой-то только ему зримой стихией домашней среды. Наконец, он выпрямился:

– Смотри, – кивком он пригласил меня войти и, наверное, оценить его старания. – Вот уже как месяц ложу в свободное время.

Задняя стена кухни была выложена серой кафельной прямоугольной плиткой. Слева – стена с окнами была сделана наполовину. Верхний ряд, особо просматривавшийся, почему-то был выложен из резанной плитки.

– Ещё месяца два, чтобы закончить, – грустно сообщил он мне. – Очень неудобно, стены неровные, плитку нужно резать.

– А зачем этот мартышкин труд? – не сдержался я, хотя прекрасно знал, что натуральное хозяйство было его жизненным устоем и особой гордостью. – Я бы лучше нанял специалистов, и они бы сделали всю работу в два дня.

Николай резко нагнул голову и поднял руки будто стараясь закрыться от наступающей на него ереси:

– Да это же заплатить им надо столько же, сколько плитка стоит!

– Ну и что? Но ведь это будет красиво, качественно и быстро, – попытался я аргументировать.

– Та ну! Я тоже могу! Пусть это мне выйдет по времени, но не могу же я платить такие деньги! – парировал он.

– А не боишься, что отвалится? – пристально глядя на его ужимки, спросил я.

– Нет, не отвалится, – категорично отрезал Николай.