Буря в Па-де-Кале

 – Вы не могли бы, дорогая Божена Феликсовна, изъясняться понятнее?

Я во все глаза смотрел на нее, но перед моим мысленным взором по-прежнему стояли черты моей первой возлюбленной. Я рассматривал золотистый узел волос Божены, а видел медовые локоны графини Ольги, которая когда-то ответила мне решительным «нет». Мне очень хотелось познакомиться с человеком, за которым она устремилась в Кале.

– Я так поняла, что теперь тебе, Яков, известно происхождение графини, о которой ты меня спрашиваешь, – кузина в упор посмотрела на меня.

– Известно, – ответил я. – Но мне неизвестно имя человека, с которым сбежала графиня! Увы…

– Я, к сожалению, ничем не могу тебя порадовать, Яков Андреевич, – развела руками Божена. – Имя этого человека и мне неизвестно. Я знаю только, что родители графини были категорически против ее связи с ним! Кажется, это какой-то офицер…

– Божена! Я не верю, что вы столь мало осведомлены, – проговорил я с сомнением.

Божена Феликсовна, и впрямь, по мере возможности оказывала мне посильную помощь, тем более, что всегда была в курсе всех светских событий. Поэтому теперь я не вполне ее понимал.

Зизевская встала со своего места и грациозно прошлась по комнате, шелестя юбками.

– Не подумай, что я намеренно что-то пытаюсь скрыть от тебя, – проговорила она задумчиво. – Графиня Ольга никогда не числилась у меня в подругах. Она всегда вела довольно замкнутый образ жизни. К тому же она чересчур молода… Некоторое время назад, когда Мария Антоновна приболела, злые языки утверждали что… Ну, в общем ты понимаешь… Впрочем, это было давно! Потом слухи стихли, а несколько лет назад при дворе появилась новая фрейлина графиня Ольга Александрова.

Божена намекала на сплетни, касающиеся ее близкой связи с Императором Александром.