Судьба неизбежна. Книга 1. Написана с добром… и несёт в себе только добро!

Поэтому, зная всю правду об этом,

Себя он верёвкой к плоту привязал,

Воспользовшись умным и верным советом,

Который, прощаясь, пастух ему дал.

Уверенность только лишь в этом придала

Ему на дальнейшем не лёгком пути.

Теченье бурлящей воды быстрей стало,

Менялось, сужаяся, русло реки.

Старик понимал, что уже он не сможет

Плот к берегу свой по реке подогнать.

Ему оставалось надеяться только

Уверено плыть и тревоги все гнать.

Река плот теченьем быстрей подгоняла,

Играя с ним словно как будто шутя.

То влево, то вправо всё время швыряла

Волною своей старика окотя.

Вдруг скалы из речки вдали показались

Плот бился о скалы, о камни собой.

Верёвки на брёвнах лишь только трещали,

Но плот дальше плыл, не сдавал бой с рекой

Река его вверх то волною подкинет,

То сверху накроет холодной водой.

Старик уже думал, что в речке он сгинет,

Но плот не сдавался и бился с рекой.

И вот показались крутые пороги

Один за другим уходя вниз, скользя.

Старик их увидел и сразу же понял,

Что он привязался верёвкой не зря.

Вся жизнь в голове в один миг пролетела.

В душе где-то там страх окутал его.

И в эти минуты теченьем с порогов

Плот вниз по реке всё сильней понесло.

Плот словно взлетел над рекой, но вниз резко

Воды не касаясь, с обрыва пошёл,

И в водную бездну он всей своей мощью

С размаха врезаясь, под воду ушёл.

И так получилось, не вольно, к несчастью,

Порвались узлы у верёвок на нём.

Старик под водой, под плотом оказался,

Придавленный с верху тяжёлым бревном.

Пытался он всплыть из воды на поверхность,

Но путы тянули, держали его,

Которыми крепко он сам обвязался.

А нож где-то выпал, ушёл он на дно.

Старик потерял уж надежду спасенья,

Не мог он дышать, находясь под водой.

Плот дальше тянуло подводным теченьем,

Несло, как и прежде, всё так же рекой.

И вот вдруг верёвки как чудом каким-то

Распались, а так же и брёвна плота,

Ослабились путы прям сразу моментом

И эта возможность спасла старика.

Старик за бревно еле как ухватился

Из самых последних оставшихся сил.

И с жадностью воздух, он грудью вдыхая

В истерике плакал, навзрыд голосил.

Река по спокойней, умеренней стала,

Теченье сбавляло свой бешеный темп.

Тем самым река старику показала,

Что всё, мол, сдаюсь, проиграла, разбег.