Фьюжн. Сборник поэзии

3

Не ищи то, что спрятано, ну может, только закладку,

Она вставит, как гранж ебанутой эпохи.

Нам не выйти из каскадов городского упадка,

Мы в сердцах миллионов недостаточно плохи.

Если пойдем по следам, что на снегу оставил

Тот, кто шел, не боясь встретить верную смерть,

То не свернем от нарушения законов и правил,

Где майский ветер ласкает дворовым котам шерсть.

4

Там, где ночь оголяет нравы,

Погасив огни многоэтажек,

Бегут по небу волкодавы

В веренице черных упряжек.

Это злые псы режима,

Псы вождей под знамёнами правды,

Правда эта неистребима,

Ее в космос несут космонавты.

Разбивая внезапно окна,

Волкодавы влетают в квартиры.

Не доносом их жертв кто-то проклял,

А священной цифрой «4».

Расправляясь мгновенно с врагами,

Насыщаются эти собаки,

А наутро их жертв отпевают в храме

И хоронят в глубоком овраге.

Космонавты ловят их души,

И навеки в аду запечатав,

Мертвых мир и живых они делают лучше,

В интересах пролетариата.

В этом мире четыре есть силы:

Пролетарий и священная Троица.

Поздно, сволочь, скулить: «помилуй»,

Ты – вредитель, с тобой уже борются.

Бог докладывает о происшествиях,

Подчиняясь по совминовской линии.

И хотя он совсем сверхъестественный,

По субботам он льет в цеху алюминий,

Из которого выливаются ложки

Для военных нужд пролетария.

В гарнизоне Иисус лично чистит картошку —

Так велит ему Канцелярия.

Сколько красных солдат умещает

Наш пространственно-временной континуум,

Достоверно лишь Партия знает,

На том свете агентурную плетя паутину.

Пролетарию служит и Дева Мария,

У нее лейтенанта погоны.

Она гордо в колхозе мнет коровье вымя,

Молоком наполняя бидоны.

Святым Духом сыт не будешь,

Тебе выдадут порцию манны.

Ты, поев эту манну, руду добудешь

И выроешь котлованы.

Херувимы давно на зарплате:

Им по 200 рублей положено в месяц,

Пряча душу в армейском ватном бушлате,

Берегут от коррозии стальную завесу…

КРОВАВЫЙ КОЛОДЕЦ.

1

Страшно тебе,

Гаснет свет в полутьме.

Тучи сгустились,

Твой страх на холме.

Там, за рекой

Видишь месяц большой.

Всё едва дышит,

Лишь морох с тобой.

Страшно терять

Драгоценную кровь,

Страшно всё знать,

Обретая покой.

В шелесте трав

Ты уже сам не свой:

Тьму увидав,

Не вернешься домой.