Илья из муромских лесов. Былина

Илья из муромских лесов. Былина

Борис Алексеевич Ефремов

Автор современной былины про Илью Муромца просит читателей не казнить его, а подать звонкие гусли, собраться всем в тесный кружок, не спешить расходиться по делам и вволю подышать глубиною лесов и ширью полей русских. Поэт не обманет вас – во всей красе предстанет в былине Киевская Русь времён Владимира Солнышка, в полный рост встанет русский богатырь Илья, с его небывалой силой, простоватой душой, но такой чистой и живой совестью, что можно будет позавидовать ему всем нам, потонувшим в нынешней меркантильной суете.

Ай да век на дворе! – перегрузки, да всплески, да встряски.

В гуле звёздных ракет позабылись былины и сказки.

Мы спешим да спешим, оглянуться спокойно не смеем.

Ковшик браги испить, хором песню пропеть не умеем.

А за новым окном – всё не та ли, не отчая Русь ли?

Не велите казнить, а подайте-ка звонкие гусли.

Соберитесь в кружок. Уходить по делам не спешите.

Глубиною лесов, ширью русских полей подышите.

* * *

Тридцать лет, тридцать зим, хоть пали вдоль проулка из пушки,

Он лежит на печи в покосившейся ветхой избушке.

Светел ум у Ильи, здравы речи его громовые,

Да не может он встать – руки, ноги его, как чужие.

Горько мыслит Илья, лишь в избушке один остаётся:

«Ах ты, печь моя, печь, видно век так прожить нам придётся.

Ой вы, мать да отец, ничегошеньки вам не осталось,

Как в работе стареть, поджидая печальную старость».

* * *

Так горюет Илья. Так, горюя, глядит он в окошко.

А в окошке видна – от скрипучей калитки дорожка.

А дорожкой идут перехожие старцы седые,

А в руках узелки да кленовые палки витые.

«Здравствуй, отрок Илья! – тихо молвит один из прохожих. –

Ты приветь нас, сынок, много видевших странников Божьих.

Напои нас, Илья, ключевою водою студёной.

Дай молитву прочесть в светлой горнице перед иконой».

Отвечает Илья: «Я бы рад напоить вас водою,

Да не волен я встать. Сам не знаю, как сладить с бедою.

Заходите, отцы. Помолитесь. Уста освежите.

Да о жизни своей, да о былях Руси расскажите».

* * *

«Ой ты, отрок Илья! Были русской земли непростые.

Плачут травы росой, стонут в поле колосья литые.

Как от чудских земель аж до самого южного моря,

Словно брага в бадье, расходилось кипучее горе.