Избранные стихотворения. Том II

Постичь нам ход причин и следствий

Удастся вряд ли. Будь умней.

Расстаться тихо, без последствий

Во благо всем – тебе и мне.

Не посылай любви проклятья,

В себе обиды не таи.

Я не вернусь в твои объятья,

Как ты не просишься в мои.

ВЕСЕЛЫЕ ГРЕЗЫ

Если я сдохну, ты будешь страдать,

Будешь терзаться и будешь рыдать,

Пуле позволишь войти в твое сердце,

Будешь в костре, как безумная, греться,

Прыгнешь с балкона на хищный бетон;

Бритва услышит последний твой стон;

Произведешь над собой харакири;

Стянешь со шкафа на голову гири;

В петлю полезешь, испортив свой вид;

Тело твое обожжет цианид;

Ток электрический ванну наполнит;

Поезд в ночи твою волю исполнит;

Острый инсульт, паралич и инфаркт

В недрах твоих перепишут контракт;

В запертой кухне надышишься газом;

Взрывом закончишь страдания разом;

Бросишься в бездну с высокой скалы;

Карму откроешь для входа стрелы.

Так или нет, я не знаю, Настюша,

Ты обессмертишь влюбленную душу.

Может, ты вовсе не будешь страдать.

Просто приятно порой помечтать.

ОКСЮМОРОН

Но я тебя, синьора, не лобзал:

Не довелось, увы, не приключилось.

От скуки ты проектами лечилась

И получала всюду полный зал.

Вокруг тебя всегда кишит народ:

Художники, дизайнеры, клевреты,

Ворьё, жульё да власть имущий сброд…

Лишь я один вдали пишу сонеты.

Наверно, это к лучшему: ведь ты

Порой бываешь к ближнему жестока.

Вот, например, один «кидал понты» —

И оказался в сумерках острога;

Или второй, болтавший невпопад,

Ушел туда, откуда не вернешься;

А третьему все кажется, что ад

Милей, когда ты в месть свою упрешься.

Их было много, кто сейчас в бегах,

Кто верил нежности твоей и страсти,

Но их теперь обуревает страх,

Им всюду мнятся жуткие напасти.

Твоя любовь и твой разящий гнев —

Две ипостаси женщины во власти.

У песни есть пленительный напев,

Но есть и слог всё портящих причастий.

Но, несмотря на смертоносный лик

Твоей коварной и наивной сути,

Я провести хочу с тобою миг,

Познав все тонкости любовной жути.

Таких, как ты, немало было дам.

Одну из них воспел мой брат Маёшка*:

Она избранника ввергала в срам,

А поутру он вылетал в окошко.

Тамара та царицею была.

Ее покои находились в башне.

Любовников губила не со зла:

Прослыть беспутной ей казалось страшно.