Жизни и судьбы

Петр все понял сам, ему стало ясно, что он не сможет быть спокойным, если оставит жену в родительском доме: «Надо искать частную квартиру», – решил он. До окончания его отпуска оставалось чуть больше полмесяца. И они это время проведут вместе, живя своей семьей на частной квартире, а когда Мария родит и окрепнет немного, он заберет ее.

Не откладывая в долгий ящик, он стал искать съемное жилье. Ему посчастливилось снять небольшую комнату в доме одинокой престарелой женщины, и они с Марией в тот же день перебрались в ее дом.

Отцу с матерью он сказал, что не хочет стеснять ни их, ни себя. В такой тесноте жить просто невозможно, тем более что скоро Мария родит и семья пополнится еще одним человечком. А по поводу сделанного им выбора не стоит обижаться, он по-прежнему останется их сыном, он любит их и обожает, как и раньше. И в заключение добавил: они с Марией будут частыми гостями в их доме: так что могут еще и надоесть.

Глава 4

Григорий Кузьмич

А в доме отца Петра, Григория Кузьмича, действительно было очень тесно.

Были времена, когда этот большой двухэтажный дом с парадным крыльцом, выходящим на одну из главных улиц города, полностью принадлежал семье Григория Кузьмича.

Отец – Жгун Григорий Кузьмич

Он купил его, потратив все свои сбережения, когда Наденька, горячо любимая и обожаемая им жена, родила ему двух детей, следующих один за другим: старшую дочку Екатерину и сына Петра.

Григорий знал, что семья его не ограничится этими двумя детьми (его Наденька была в положении уже третьим ребенком), она будет и дальше расти, чему он только был рад. Он продал оставшееся от отца небольшое и пришедшее в полный упадок хозяйство, добавил к вырученной сумме свои сбережения, которые копил не один год, мечтая с помощью этих накоплений привести в былой порядок запущенные отцом дела, и, оставив поместье, переехал в город.

Но недолго пришлось ему пожить в новом им купленным доме. С приходом новой власти его потеснили, и он со своим разросшимся семейством вынужден был переехать в ту часть дома, где ранее жила прислуга.

Григорий вначале переживал, но потом смирился, решил про себя: «Все, что ни делается, делается к лучшему».