Песни света и воли. Стихи разных лет

Там сушат на белых срубах

зеленые косы вёсны.

Луна – как серебряный рубль

и горстка монеток – звёзды.

Истратит их ночь к рассвету,

рассыплет дождем в криницы.

За блеск серебристый этот

вовек мне не расплатиться.

Ещё в календарь все мы веруем слепо

* * *

Нечёсан, небрит, неухожен,

я жил там, где галочья стая,

собак и случайных прохожих

своими друзьями считая.

Я слушал внезапные трели

и звезды считал над собою,

открытый, как ветер апреля,

беспечный, как песня прибоя.

Но канули в прошлое годы,

обрёл я надежные путы.

Зачем променял я свободу

на тусклую роскошь уюта?

Визиты. Дежурные речи.

Приёмы. Парадные фраки.

Шарахаются при встрече

знакомые прежде собаки.

А в жизни – какая-то беглость,

и тошно от сытого рая.

И снится веселая бедность

и звездное небо без края.

О шумное братство пернатых,

озёра доверчивой сини,

примите в родные пенаты

усталого блудного сына!

Хмельной от пчелиного гуда,

от встречи с непуганой тайной,

я все на Земле позабуду

от близости этой случайной.

* * *

Водокачка. Улочки кривые.

У подъезда, как всегда, не в духе,

неусыпно, словно часовые,

круглый год дежурили старухи.

Было мне, признаться, не до шуток:

часовые знали все на свете —

с кем пришел, в какое время суток,

даже что завернуто в газете.

Неотрывно следовали тенью,

взглядами буравя, словно шилом,

и в глазах их было осужденье,

если ненароком заносило.

Лучше бы им сляпали сторожку —

не подсуетились домочадцы.

Я готов был прыгать из окошка,

лишь бы только с ними не встречаться.

Но снесли дома по всей округе.

Новостройки. На дорогах – ралли.

И пропали зоркие старухи —

в знак протеста враз поумирали.

Нету вас… Со мною трезвый шурин.

Мы идём. Он еле тащит ноги.

У подъезда больше не дежурят —

не с кем поругаться по дороге.

Черт побрал бы эту жизнь такую!

Выпить не с кем – шурин вшил «торпеду»…

Где же вы, старухи? Я тоскую.

На могилки к вам я не поеду.

* * *

Давно все забыто. Сгорела мечта без огарка.

Живу, как придётся, скукоженный, как запятая.

Но я вспоминаю хрустящую белую гальку.

Зачем – я не знаю. Но все-таки я вспоминаю.

И девочку эту. Зачем я так быстро уехал?

Судьба отвернулась, с лихвой подарила невзгоды.

Но я вспоминаю – и нежности слабое эхо

находит меня через тускло шуршащие годы.