Весь мир под крылом. Рассказы

Познакомишься с кем, как услышат, что пилот, – нос воротят.

– Не с теми знакомишься, – пробурчал командир.

– Не дрейфь, Вася, – сказал штурман, – встретишь еще девушку своей мечты. Где-то по земле твоя судьба бродит, и найдет тебя. Каждому человеку своя половинка уготовлена, будь она мегера или ангел небесный, – все равно рано или поздно найдет тебя, и никуда от нее не денешься, это они выбирают нас, в не мы их.

– Глупости, – ответил бортинженер. – Человек сам судьбу свою выбирает, не верю я в эти бредни романтические!

– И в Бога не веришь? – спросил командир.

– И в Бога не верю. «Боги» в метеослужбе погоду делают.

– Нет, Петрович, – ответил командир, – это Боги на небе погоду делают, а те, в метеослужбе, пытаются угадать их намерения, но хреновато у них получается, никак не могут сказать, когда этот чертов циклон кончится. А в судьбу я все-таки верю, прав штурман, есть на земле женщина, которая тебе судьбой предназначена, но не всегда встретить ее удается.

– Вот, Вы-то встретили, а я,.

Командир задумался, посмотрел в окно, снова взял не зажженную сигарету и произнес:

– Да, Вася, встретил, но женился не на ней, а на другой.

– Вот это да! Как же это, Анатолий Иванович? Расскажите, если не секрет, – попросил второй пилот, но командир только махнул рукой.

– Да рассказывать, собственно, нечего.

– И все же? – заинтересовался бортинженер, Николай Петрович.

– Признавайся, Иваныч, что и с кем было? – Иван Ильич поближе пододвинулся к командиру.

– Да и не было почти ничего. Давно, много лет назад, на седьмой станции Большого Фонтана увидел я девушку в окне трамвая. Я на остановке стоял и смотрел на нее. Сразу понял – это именно та, что судьбой мне предназначена, казалось, знаю ее давно, тысячу лет, может, в прошлой жизни с ней встречались, но такое было чувство, что это именно она, моя судьба. И она меня узнала. Так смотрела на меня, будто мы с ней давно знакомы.

– И что потом? – спросил штурман.

– А ничего.

– Так надо было в трамвай вскочить и поговорить с ней! – воскликнул бортинженер. – Говорю же, сам человек свою судьбу определяет! А ты, что же? Вот так стоял и смотрел, как она уезжает?

– Да мне тогда семнадцать лет было! Молодой был, скромный, и вообще так обладел, что и с места сдвинуться не мог! А ты говоришь.

– Это просто тебе показалось, – сказал Николай Петрович.

– Да нет, не показалось.