Графоман. Повесть

Графоман. Повесть

Геннадий Иванович Дмитриев

Каждый, кто когда-либо брался за перо, невольно задавал себе вопрос: зачем он пишет? Что для него сочинительство? Жизненная необходимость либо болезненная страсть, называемая графоманией? Разве мало написано книг? К чему создавать ещё одну? Будет ли то, что написано, выстрадано, вымучено бессонными ночами, интересно ещё кому-то, кроме автора? Как опубликовать своё творение? Герой этой повести продал квартиру, чтобы опубликовать ещё не написанный роман.

Что же из этого получилось?

Графоман

Повесть

Геннадий Иванович Дмитриев

© Геннадий Иванович Дмитриев, 2020

ISBN 978-5-4498-4198-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Поэтический конкурс

Кандидат технических наук, старший научный сотрудник Василий Петрович Гаврилов, выйдя на пенсию, почувствовал себя писателем. Не то, чтобы тяга к литературному творчеству возникла вдруг, внезапно, нет, он и в юности, в студенческие годы, писал стихи, рассказы; писал их Василий Петрович всю свою жизнь, но нигде, кроме стенных газет, работы свои он не публиковал.

Конечно, мысль о том, чтобы отослать свои стихи в какой-нибудь литературный журнал, периодически у него возникала, но опасение быть не понятым, отвергнутым, брало верх над желанием добиться публикации своих сочинений. Читая в журналах и газетах стихи известных и не очень известных, а то и совсем незнакомых ему авторов, Василий Петрович пришел к выводу для себя неутешительному, – в его стихах не было той идеологической направленности, которая открывает двери редакций журналов и газет авторам, пусть и не очень талантливым, но настойчивым в своем желании приобщиться к кругу так называемой творческой интеллигенции.

Однажды ему попалась статья одного именитого поэта, посвященная столь распространенному явлению в поэзии, как графомания. Автор статьи утверждал, что и у графомана могут совершенно случайно возникнуть воистину гениальные строки, но лишь по причине того, что сам графоман «не ведает, что творит».

Василий Петрович, проанализировав свои стихи с точки зрения автора статьи, явных признаков графомании в них не обнаружил, хотя и гениальных строк в них также не нашёл. Он решил, что в графомании можно уличить любого пишущего и, опасаясь такого ярлыка, от которого избавиться потом будет практически невозможно, решил воздержаться от попыток публикации своих стихов.