На крыльях вымысла. Рассказы

И только эта женщина от души горевала по пропавшему без вести художнику.

Говорят, в ту злополучную ночь, когда пропал художник, кто-то видел на бульваре полураздетого мужчину с картиной в руках, как он вошёл в воду и поплыл по лунному пути в открытое море.

Танцы незваного гостя

– Как записать?! – спросил представитель жениха, ответственный за сбор подарков в виде конвертов с деньгами.

– Напишите просто: друг семьи, – ответил молодой человек в стильном костюме.

– Как это друг семьи? У тебя что, имени нет?

– Есть.

– Как?! – встрепенулся мужчина. – Ты что, меня за дурака держишь?

– Нет, нет, как можно, уважаемый! Меня так все называют.

– Ладно, Гагуля, так Гагуля, тебе видней, – не желая обременять себя выяснениями, доверенное лицо жениха быстро забросил конверт в рядом стоящий портфель и занёс имя парня в список гостей.

– Гости жениха располагаются по правую сторону зала, а вот у самой сцены находится стол для друзей тезебея[2], – быстро выдал «кассир» информацию, так как на подходе к его столу уже были следующие поздравляющие.

Молодой человек прошёл в большой зал, где в ожидании молодожёнов сидели приглашённые гости.

Друзья жениха «зажигали». Кто-то тряс указательным пальцем, доказывая свою правоту, кто-то хохотал неприлично, а кто-то, покинув стол, пытался танцевать без музыки. Одним словом, за этим столом свадьба уже началась.

Молодой человек присел с краю и принялся мило улыбаться весёлым друзьям жениха.

– А ты кто? – спросил самый разгорячённый друг жениха, обратившись к другу семьи.

– Я друг детства жениха.

– Я тоже друг детства Аждара, но тебя вижу впервые.

– Брат! Я из другого детства Аждара. Мы с Аждаром односельчане.

– Ах да, вспомнил, он же на лето иногда в деревню к бабушке ездил. А раз так, садись поближе к нам, выпьем за здоровье молодых, за наше с тобой здоровье тоже выпьем! Мы же теперь все друзья и родственники.

– Гагуля.

– Гагуля? – удивлённо переспросил подвыпивший друг Аждара.

– Да, просто Гагуля.

– Как скажешь, брат. Гагуля, значит, Гагуля. А меня зовут Надир, – мотнув головой как конь, обратился он ко всей компании и громко произнёс:

– Ала,[3] братва! Этот мужик тоже наш друг. Ибо если Аждар назвал кого-то другом, значит, он автоматически становится нашим общим другом.