Чертиниада. Дневники нечистой силы

06

Раздумья на морскую тематику

Иероглифы лунного света

Мрак чертил среди пены морской

Арабесок волны, что поэта

Красотою пленяли, покой

Забирая и к морю любовью

Наполняя чувствительный ум,

Когда пурпурный луч к изголовью

Припадал на закате. Вновь дум

Был я полон. Исполнен страданья,

В вихре брызг завывал за окном

Горько ветер-бродяга. Свиданья

С ароматным стаканом с вином

Отменять я не стал, упиваясь

Терпким вкусом при свете свечей.

Полоса моря, с неба сливаясь

Чертой, таяла в бездне очей.

У камина средь бюстов и ряда

Гобеленов я в кресле писал,

И пленяя красой, как наяда,

Тусклый луч на странице плясал.

Как Синдбад бороздить океаны

Я б хотел, а не грешников в ад

Эскортировать. Дивные страны

Посетить, что секреты таят

Недоступные смертного взору

И ценней оттого в сотни раз

Для того, кто замыслил на гору

Каф взобраться и углями глаз,

Изумрудной скрижали касаясь

Хмурых туч, лик земли изучать

И, красою ее наслаждаясь,

Каждый день в дневнике отмечать

Парой фраз, пускай едких, читатель,

Но правдивых, не так уж давно

Пережитых, которых издатель

Не отвергнет, промолвив: «Смешно!»

    19.

Японские гравюры

Улыбаться Богу, право, не приучен,

Оттого и беды все мои.

Отовсюду, прячусь у небес излучин,

Полумраком сада бережно храним.

Как певец заката, в даль аллеи сонной

Я привык украдкой пробираться. Жаль,

Что один я вечно у черты бездонной

Облаков, что веток обнимают шаль.

Годы, что провёл я с Фаустом, бесспорно,

В памяти оставят навсегда свой след,

Но в безумном мире этом иллюзорно

Всё, включая память. Одинокий свет

Взор прочёл во мраке сумрачного сада

И, кусты раздвинув, я увидел дом,

Лужи у скамеек.

Слух расслышал. Ветер гнался за листом

По дорожке. В окон омуте тускнея,

Комната виднелась кляксой в темноте

Ночи. И охвачен робостью, бледнея,

Я припал щекою к стекол пустоте.

Лампа Аладдина спальни освещала

Узкое пространство. Стол, кровать и ряд

Полок – вот и всё, что комната вмещала.

Но не в книгах дело.