Маньяк

Попал в спину.

– Ах ты гад! – вскрикнула Батт и, передав сумку Олесе, помчалась за Санькой.

– Действуй, – срываясь с места, на ходу прокричал он Макарову.

– Догоню – тебе не жить! – грозилась Варя.

– Ага, сначала догони!

Максим шел за Олесей как приклеенный. Заметив это, она нарочно замедляла шаг, Максим притормаживал тоже. Наконец девочка остановилась и развернулась к Макарову. Ее длинные ресницы белели от инея, щеки горели румянцем. На морозе она была еще красивее.

– А ты чего там в хвосте плетешься? – улыбнулась новенькая.

– Да я тут так… – подойдя ближе, замямлил Максим.

Шли молча. Макаров смущался, не решаясь даже взглянуть в ее сторону.

– Ну и придурок же твой друг, – нарушила неловкое молчание Олеся.

– Да нет… не совсем придурок… в смысле, совсем… не придурок, – залепетал Максим словно умственно отсталый.

Олеся звонко рассмеялась. Одной рукой она схватилась за плечо Макарова, другой, за свой живот.

– Блин, – усмехнулся Максим, качнув головой.

– Ну ты и сказанул – «не совсем придурок», – не переставая улыбаться, хитро прищурила глаза Олеся.

– Я… Я ничего не подбрасывал… с чего ты взяла вообще? – отшатнулся Макс, изобразив полное недоумение…

Спасла его внезапно прибежавшая Варя, растрепанная и раскрасневшаяся, длинный вязаный шарф был переброшен через плечо и свисал едва ли не до пят.

– Ребят, ребят, – задыхалась она, – кажись, нашли.

Примчались к подвалу двухэтажки.

– Макс, походу, там он, – кивнул на дверь Перепелкин, – я его голос слышал. С ним еще кто-то. Там темень, не видно нифига…

– Может, Варенцова крикнем? – растерянно предложил Максим.

– Сами справимся, – важно ответил Санька, сплюнул сквозь зубы и выбросил окурок.

– Мальчики, только осторожней, – сказала Варя.

– Да не бзди, – выпендривался Санька, – пошли, Макс, проверим.

Макаров малодушно согласился спуститься в душный, пахнущий сыростью и нечистотами подвал.

– Черт, не видно ни фига, – ругался Максим, осторожно ступая по крутой лестнице.

Санька чиркнул спичкой. Он медленно шел впереди на сдавленные голоса, оберегая слабый, подрагивающий огонек в ладонях.

В конце узкого коридора мерцала полоска света, голоса становились все громче.

Пригнув головы, Макс и Санька шагнули в небольшое помещение, освещенное тусклой лампочкой, свисающей с потолка на кривом проводе.