Не зови волка

Лукаш солгал, но профессору не нужно было знать правду о его брате. Не сейчас.

– Конечно, – наивно согласился Бьелеч. – И все же с антропологической точки зрения народ Волчьих Лордов считается вымершим.

– Продолжайте в том же духе, – ответил Лукаш ледяным тоном, – и я сделаю так, что вымершими станете считаться вы.

Бьелеч замолчал.

Они снова свернули в очередной коридор. На секунду Лукаш представил, что в другой жизни он тоже мог бы учиться или работать в таком месте.

«Нет, – передумал он. – Я бы здесь не задержался».

Лекция профессора была скорее драматичной легендой, чем правдивой историей, но кое в чем неестествовед был прав: при других обстоятельствах Лукаш никогда бы не покинул Зал Смокуви. Если бы не Золотой Дракон, то сейчас он, скорее всего, уже выбрал бы себе черноволосую невесту и строил бы деревянную усадьбу среди постоянно изменяющих положение холмов и волчьих стай. Как и все его братья, он ненавидел дракона, но втайне был рад выбраться из гор. Бьелеч ошибся. Оставшийся в живых Волчий Лорд вовсе не был изгоем.

Он не скучал по лазурным холмам, волкам и всему остальному, по чему тосковали его братья. Лукаш любил этот город, любил этот мир. И когда за ним придет смерть, последним, что он увидит, станет базилика Градува, а не безжалостное небо Живых гор.

– Это прямо за углом, – пробормотал профессор. – Будьте там осторожнее. Честно говоря, это не самое приятное создание, что мне доводилось видеть.

Лукаш расхохотался. Звонкий смех охотника эхом прозвучал в пустых коридорах, и, кто знает, может, апофис тоже его услышал.

– Это можно сказать почти о каждом драконе.

Он хрустнул костяшками на обеих руках. Даже в отсутствие перчаток ему не о чем было волноваться, хотя Францишек точно заставил бы младшего брата вернуться за ними.

«Ну нет, – подумал Лукаш, оставив профессора позади. – Теперь все будет по-другому».

У него вновь сжалось горло. Не стоило так думать.

Тусклый свет газовых ламп отражался от краски на стенах, отбрасывая тени на дубовые двери.

Конец коридора был отгорожен досками, а на другой его стороне слышалось чириканье птицы. Лукаш потянулся к мечу, висящему у него на поясе. Апофис сожрал четырех историков, и маленькая птичка точно не пережила бы эту встречу с драконом.

– Это апофис, – подтвердил профессор Бьелеч дрожащим голосом. – Он владеет чревовещанием и прибегает к голосовым ловушкам. Очень необычно. Я думаю, что эта техника используется для отвлечения добычи во время охоты.