Паноптикум

На днях встречает меня и заботливо так спрашивает: «А что, милый, скоро ли Витины двоюродные сестренки домой уедут?» А я ей: «А почему, Вера Петровна, вы решили, что они Вите сестры?» – «Так ведь они себя по-сестрински ведут, не как подружки, вольнее: белье, я смотрю, и ваше, и их, вперемежку сушится. Так разве между другом и подругами бывает?» Во, старая карга, и в белье нос сунула!

Светлана и Ольга, услышав про белье не по родственным канонам, вскипели от негодования. Непременно надо было проучить эту сплетницу.

А Сергей еще подлил масла в огонь, сказав, что наверняка уже вся деревня считает их «Витиными сестрами». Но тут Виктор охладил общий гнев, обратившись к Сергею:

– А ты подумал о последствиях? Вера Петровна этого так не оставит. Еще нажалуется участковому, и тогда – прощай, Красное. А университет? Письма в деканат захотели, голубчики? Ну а вы, «кузины», что скажете?

Сказать им было нечего. Виктор, как всегда, был прав. Но справедливости ради надо было заметить, что их благородный друг, скорее всего, боялся не столько участкового и кар деканата, сколько своей родной бабушки Эмилии Павловны.

Все они знали, что Эмилия Павловна и Вера Петровна если не закадычные подруги, то приятельницы точно; уж конечно, Вера Петровна прекрасно знала, что никаких кузин у Виктора нет, просто посплетничать на чужой счет было ее второй натурой. Реальная же угроза состояла в том, что Вера Петровна, безусловно, догадается, чьих это рук дело, и тогда позвонит Эмилии Павловне в Москву и нажалуется, а это грозило всем выдворением с дачи.

Эмилия Павловна, настоящая владелица дачи и любимая бабушка Виктора, двадцать пять лет проработала в университете, где обучалась вся компания. Она имела степень доктора наук, непререкаемый авторитет в кругу знакомых и весьма неуживчивый характер. Десять лет с тех пор, как она вышла на пенсию, прожиты были ею в соответствии с раз и навсегда установленным распорядком: зимой она жила в своей московской квартире и раз в две недели наведывалась на дачу, чтобы присмотреть за домом и купить у своих приятельниц деревенского молока, яиц и прочего.

В числе ее поставщиков состояла и Вера Петровна. Понятно, что ссориться с таким человеком, пусть даже и из-за горячо любимого внука, в планы Эмилии Павловны входить не могло.

На лето она, можно сказать, сдавала дачу в аренду внуку. В условия аренды входил уход за огородом и курами.