Изгнанники

Выбежавший вслед за клубком дерущихся офицер протянул было руку, чтобы схватить штатского, но тотчас же с бранью отдернул ее прочь, так как последний сильно схватил его крепкими белыми зубами за большой палец левой руки. Прижимая к губам раненый палец, офицер выхватил шпагу и заколол бы своего безоружного противника, если бы де Катина, бросившись вперед, не схватил его за кисть руки.

– Вы подлец, Дальбер! – крикнул он.

Внезапное появление королевского лейб-гвардейца произвело магическое действие на дерущихся.

Дальбер отскочил назад, не отнимая от губ пальца, и, опустив шпагу, мрачно смотрел на прибывшего. Его длинное желтое лицо исказилось от гнева, а маленькие черные глаза горели яростью и дьявольским огнем неудовлетворенной мести. Солдаты отпустили свою жертву и, запыхавшись, выстроились в ряд, а молодой человек прислонился к стене и, счищая пыль со своей черной одежды, попеременно смотрел то на своего спасителя, то на противников.

– У нас с вами давние счеты, Дальбер! – произнес де Катина, обнажая рапиру.

– Я здесь по приказу короля, – угрюмо ответил Дальбер.

– Без сомнения. Защищайтесь, сударь.

– Говорю вам, я здесь по долгу службы.

– Прекрасно. Скрещивайте шпагу.

– Я не ссорился с вами.

– Нет? – Де Катина шагнул вперед и дал ему пощечину. – Мне кажется, у вас есть теперь повод к дуэли, – проговорил он.

– Черти! – заорал капитан. – К оружию, ребята! Эй, вы там наверху! Уберите этого молодца и схватите пленника. Именем короля.

На его зов прибежала дюжина солдат, а трое бывших на площадке снова бросились на своего недавнего противника. Тот увернулся, выхватив из рук старого купца толстую палку.

– Я с вами, сударь! – проговорил он, становясь рядом с гвардейским офицером.

– Уберите вашу челядь и бейтесь со мной, как подобает дворянину! – крикнул де Катина.

– Дворянин?! Послушайте только этого мещанина-гугенота, семья которого торгует сукном! Ха-ха-ха!

– Ах ты, трус! Я шпагой напишу на твоей роже, что ты лжец.

Де Катина кинулся вперед и нанес удар, который попал бы прямо в сердце Дальберу, не упади тяжелая сабля одного из драгун на его более тонкое оружие и не переруби клинок у самой рукоятки. С криком торжества его враг бешено ринулся к нему, занося рапиру, но сильный удар палки молодого иностранца заставил его выпустить оружие, которое звеня упало на пол. Один из стоявших на лестнице солдат выхватил пистолет и прицелился в голову де Катина.