Гавриил. Только ветер

 – щеки и нос мальчика налились кровью, девочка прикусила указательный палец и хихикнула. – Нет, правда. Я вижу ободки или как они там называются, у всех они просто окаймленные, а у тебя…

– Они золотые. Золотоглазка к твоим услугам. – девочка приподняла правую штанину и немного подогнула колени. – Ну ладно, Александра я. Фамилию не назову, они некрасивая, как наш учитель… и пахнет от нее не очень.

– Александра. Эх, так звали мою подругу. Мы дружили с ней с садика, я носил ее портфель, ходил с ней за ручку, рвал ей цветы, – мальчик отвернул голову к окну и мечтательным взглядом сверлил стекло.

Потом вернулся с облаков. – Зачем я тебе это рассказываю, не знаю, никому не говори, ладно?

– Не стесняйся своих чувств, маленький ковбой.

– Что такое «ка-а-фбой»? – нахмурил мальчик брови.

– Не знаю, по телевизору шел какой-то вестерн… Да не смотри ты так. Это вроде бы кино про Дикий Запад, не знаю, папа так говорил.

– А-а. Прости, у тебя нет портфеля, так что я не смогу его тебе носить, да и цветов тут нет.

 – снова улетев в облака сказал Гавр.

– Ничего страшного, зато у нас есть языки, чтобы болтать, и руки, чтобы, сцепившись ими, бесить здешний персонал, и гулять, гулять. Гуля-ять! – в последнем слове уже полностью ушла наигранная серьезность и девочка по-детски взвизгнула и теперь уже не стеснялась. Ведь эмоций не нужно стесняться, она сама так сказала. Еще так говорила Майя, а Майю надо слушать.

– По одному этажу не разгуляешься. Но поговорить можно о многом.

Смотри, сколько книг, – он кивнул на шкаф, потом на телевизор. – а сколько не просмотренных фильмов! Так погоди… Па-га-а-ди. Ты можешь видеть приятные воспоминания, да? – осенило мальчика.

– Да, я вижу правду. Точнее слышу, все ее говорят, если я хочу. И если не хочу. – девочка положила голову на грудь, – Это так больно. Моя сестра думала, что ей больно, когда ее бросил парень, но ошиблась. Она еще больший ребенок, чем я… Потом она сказала мне, что собирается сделать аборт, и тут же замолчала и выпучила глаза.

А я не знаю, что такое аборт! Эх, вот печально, знаю слово, но н знаю значение. Незнание так ломает.

– Я редко с ним сталкиваюсь. Ну, с незнанием, да и ты тоже. – улыбнулся мальчик и приподнял ее подбородок. – Все хорошо. А вот… Аборт это убийство малышка-зародыша. – он удивился, прикрыл рот ладонью, – О-ой.

– О как! Что она за человек такой! Убить ребенка! —девочка посмотрела в потолок, перевела взгляд на мальчика.