Гавриил. Только ветер

 – воскликнул мальчик, толпящийся народ вокруг него вдруг на мгновение обернулся, потом пошел своим ходом.

– О как! Ох уж этот старый пень, – удивился Яков. – обычно он делает надрез по коленной чашечкой, чтобы проверить… Вообще-то мы только однажды ошиблись.

– Мгм. Понятно. – мальчика это не заинтересовало. А зря.

– Теперь тебе к кардиологу, мой старый рассыпающийся пень, – ему показалось, что это смешно.

– Ха-ха, очень смешно, мое сердце будет биться после того, как падет последняя империя. – ответил мальчик.

– Только не в твоем теле, малыш. – подумал Яков.

– Ве, что это за спрэй? Такой липкий. – возмущенно вымолвил мальчик. Одеваться и раздеваться. Это раздражало мальчика, особенно делать это, чтобы дойти от одного кабинета к другому. Но разве приличный человек не одевается, чтобы вынести мусор?

– Не волнуйся, это не надолго. – успокоил его грубоватый женский голос. Это была одна из немногих толстых женщин, что Гавр видел в этом здании, сейчас и потом. Однако от нее шло такое тепло… Мальчик кивнул.

– Виктория. Привет. Все сходится. Мальчик тот. Но ему нужно подрасти. А что с Алисой, так…

– Все понятно. Алиса – не твоя забота. – ответил голос из трубки. Необъятная женщина положила трубку на рычаг. И всхлипнула. Алиса была такой красивой и нежной, такой умиротворенной. Всем нравилась, хотя им запрещено привязываться к детям. Но Алиса! Алису любил даже Николай. Но теперь ее нет. Ее тело прахом развеяно по ветру, а единственное, что осталось от нее находится внутри одного высокого седого мужчины, ненавистного к своему отцу.

Мистер добрый со своим спутником уже куда-то шли.

– Вы забрали меня, чтобы я прошел диспансеризацию? – пошутил мальчик.

– Прости, у меня нет ответной шутки на это, малыш. – виновным голосом ответил Яков, – В общем, еще пара кабинетов и все кончится, – мальчик бросил испуганный взгляд на мужчину. – Да чего ты? Я об этом этаже, мне он тоже не нравится, эта хвоя и тоска в воздухе.

6

Парой кабинетов они, конечно же, не обошлись, и к четырем часам пополудни мальчика выжали, как могли: морально и физически. Вроде бы его ничего не пугало, но тут он увидел бледного мальчика, одетого в какую-то рясу по колено белого цвета. Светлые волосы, зеленые глаза… И радужки с золотистой каймой.