Порфирность. Готические стихотворения

Молча будет глядеть Иисус

На волошек цветки ледяные,

Кровососный расточится гнус —

И претмить ли веночки земные.

Выжгут пламень Его очеса,

Алоцветно вспарят херувимы,

И стечется в терничник роса

От венцов, кои Смертью язвимы.

XXV

Птицы нощно летят со молчащих вязниц,

Их пухами, Господь, пресквернятся шалавы,

Жалко выбили нас, а и бражники ниц

В монастырских пирах клонят винные главы.

Красовались весной и горели сады,

Пустоцветом они горевым излетали,

Нет и ряс золотых, и чернеют лады,

Под трезвон песнярам цвет-веночки сплетали.

Пурпур в чернь заплели – ладно кровью плести,

Мастериц тех, Господь, литания всечасна,

До парафий Твоих нам теперь не пройти,

Наша страшная смерть уголями раскрасна.

XXVI

Буде некому роз отнести

Иисусу, воспрянем со тлена

И начнем всекроваво тлести,

И начинет пылати Селена.

А не станется ангелов тех,

Украсят пированья святые,

Мы тогда для иродских потех

И загасим венцы золотые.

Хороши будут наши цветки,

Лишь терницы багряной коснемся,

Вспыхнут золотом их лепестки,

Изгорят – и в огонях вернемся.

XXVII

Винцент, Винцент, во тьме лимонной

Легко ль витать, светил не зряши,

Мы тоже краской благовонной

Ожечь хотели тернь гуаши.

Водою мертвой не разбавить

Цвета иссушенной палитры,

И тернь крепка, не в сей лукавить,

Хоть презлатятся кровь и митры.

Легли художники неправо

И светы Божии внимают,

И двоеперстья их кроваво

Лишь наши кисти сожимают.

XXVIII

Юровые луга соцветут,

Отродятся некровные корни,

И веночек Христу доплетут

Из шипов, как и терния горни.

А были василечки живы,

Цветом красным в плетеньях горели,

Так и розам алкать синевы,

Яко Божие те акварели.

Все во терние цвет-васильки,

Иль на розы Христосу глядеться

Разве наши сухие цветки

О веночке Его будут рдеться.

XXIX

Страшный вторник, Господь, разливает нефрит,

И в зеленях Твоих веселее лампады,

Втще живая вода богосвятно горит,

Как живицею здесь отцвели вертограды.

Изуверились мы, благо присно мертвы,

А и чем проняли клиры звонных часовен,

Слезы наши собрать не потщились волхвы,

Каждый ныне собит небокормленный овен.

И царевишны спят во церковных углах,

И лебяжьи пуха ткутся жизненно тонки,

Вместо яствий лежим на трапезных столах,

Сплошь над нами, Господь, пречернеют иконки.