Праздник Победы

С машин сгрузили все снаряды и, взяв по три ящика, пригибаясь, друг за другом быстрым шагом пошли к позициям. Когда делали третий заход, пот покрывал все тело, хотелось прилечь и чего-нибудь перекусить, но сержант и командир-артиллерист торопили. Командир-артиллерист был белорус, по говору определил Янка, который после второго захода спросил:

– Товарищ капитан, а вы с каких мест?

– А тебе зачем?

– Да я сам из-под Пружан. Может, и вы с тех мест? Говор ваш очень похож на наш местный.

– Я из-под Пинска.

– Так мы земляки, товарищ капитан.

– Давай, земляк, помогай, скоро здесь опять будет жарко. Да вы не оставляйте нас одних. По танкам стреляй, по пехоте стреляй, пехота то слева, то справа заходит, а нашу пехоту как корова языком слизала, сразу драпанули, только и видели их.

– А кто вас выручил сейчас? – вставил слово сержант.

– Давай, сержант, помогай, с нами не пропадете.

Когда подходили с третьей ношей, уже были слышны выстрелы орудий. Быстро сложили ящики, к ним подбежал капитан.

– Сержант, со стороны высотки немцы наступают, бери своих, бери подвозчиков снарядов и не подпускайте немцев, будем вместе отбиваться. – Ткнув пальцем вверх, продолжал громко кричать: – Должны же там вспомнить о нас! Давай, сержант, выручай! – и побежал к орудиям.

Остатки взвода и три шофера с Самсоном – подвозчики снарядов – лежали на сырой земле возле дерева и тяжело дышали. Сержант привстал и произнес то ли команду, то ли просьбу, что надо держаться артиллеристов: куда они, туда и мы, с ними жизни мало, а без них нам с этой тучей танков точно не жить.

Спешно окапывались, по полю правее двигались танки и пехота, с высоты спускались бронетранспортеры, и видно было, как разворачивается в цепь немецкая пехота. Окопались наспех, но все же укрытие. Прополз вдоль окопчиков сержант, давал команды и, главное, ободрял людей.

Николай подготовился к бою, был спокоен. Тучи начали рассеиваться. Выглянуло солнце, стало еще спокойнее.

До вечера они отбили три атаки немцев. Когда отбивали третью атаку, у Николая появился азарт, ему было весело, и он, меняя диск автомата, засмеялся, представляя, как он будет гнать фрицев назад. Заканчивались патроны, прошел азарт, казалось, уже нет сил что-то делать, куда-нибудь идти, хотелось лечь и лежать не двигаясь.