Привет из прошлого

Мой Питер

Мосты и ночи белые,

дворцы, дворы-колодцы,

да шп'или в небо стрелами,

что можно уколоться.

Там узенькие улочки

стекаются в проспекты,

на небе тучи рвут в клочки,

там продувные ветры.

Нева закована в гранит,

волн'ами камни лижет,

страниц историю хранит,

знакомых с детских книжек,

Корнями чувствую тебя,

мой детства милый город,

несовременен твой наряд,

ты стар, но сердцем молод.

В снах возвращаюсь я туда,

бессонными ночами,

в каких бы ни был городах,

я по тебе скучаю.

Вечер

Над рекой туман разлился,

как парное молоко.

Месяц на ночь приютился

под небесным потолком.

Тускло звёзды, светляками,

освещали млечный путь,

и сливались в лунный камень,

весь блестящий, словно ртуть.

Вот комета пролетела,

прочертила небосклон,

и упав за край, сгорела,

погрузила землю в сон.

Липовый чай

После липового чая

мягче кашель-горлодёр,

я по времени скучаю,

что из памяти не стёр.

И когда, давясь от хрипа,

ностальгией захожусь,

чай в мешочке фирмы "Липтон",

в ресторане закажу.

Чай, как чай, но не из липы:

тот по своему душист,

может он хорош от гриппа,

но не лечит боль души.

Лишь названием похожим,

будит детства миражи,

от того ль тоска так гложет,

а из глаз слеза бежит?

Я пойду, забыв дресс-коды,

к липе в парке босиком,

чтоб в любое время года,

душу мог лечить чайком.

Чтоб все мысли пропотели,

вышла хмарь из головы,

чтоб с душой в здоровом теле,

жить в согласии привык.

Антоновка

Где антоновка хрустит

аппетитным хрустом,

лето всё собрав в горст'и,

пахнет осень вкусно.

Из садов ядрёный дух,

запах яблок спелых,

лечит он любой недуг,

и души и тела.

Вкус – не сахар, ну и пусть,

этим мне и дорог,

пахнет яблоками Русь

антоновского сбора.

Осенние мотивы

Кленовый лист уже желтеет по краям,

прохладой утро снижает летний градус,

не дожидаясь наступленья сентября,

в ознобе лето покидает тихо август.

Ещё чуть-чуть, и через пару-тройку дней,

на всех деревьях, как будто сговорясь,

листва становится желтее и бледней,

зелёный шёлк сменив на крашеную бязь.

А небо в складках разлохмаченых кулис,

закат скрывая, спустится над крышей,

и вот уж первый на ветру кленовый лист,

сорвался вниз, кружась звездою рыжей.