Привет из прошлого

Есть в осени особый, сладкий шарм,

когда в промозглый, неуютный вечер,

вдруг поцелуй ворвётся в память смерчем,

когда его уже давно не ждёт душа.

Любовь

Там вместо часов – закат и восход,

а юг – где нам вместе теплее.

Я там для тебя всегда Дон-Кихот,

а ты для меня – Дульсинея.

Любовь – это время счастливых оков,

где мы друг для друга Месс'ия.

Ад – это время, где ты далеко,

а рай – там, где время бессильно.

Путь

Как мир нелеп

под мишурой фасадов,

в нем горек хлеб,

и в то же время сладок.

жизнь коротка -

цепочка из мгновений -

нить из мотка,

чудес и сновидений.

Греша и каясь,

мешая горечь с мёдом,

с мечтой о рае,

ищу дорогу бродом.

чтоб взять у Бога,

для жизни чистый лист.

длинна дорога,

и путь по ней тернист.

Она вертится

"Давай, земля,

Немножко отдохнем

от важных дел,

от шумных путешествий!"

Н.Рубцов

Вертится,

куда ж ей бедной деться,

остановиться – значит умереть,

нам трудно верится,

она не знала детства,

лишь смену лиц,

рожденье их и смерть.

А на земле

вовсю бушуют страсти,

и каждый день

приносит счастье и беду.

Кто посильней,

становится у власти,

те, что слабей,

идут на поводу.

Там снег зимой

и лютые морозы,

жара в июле -

только пивом остудишь,

зато весной,

случаются курьёзы,

снега вернулись,

и опять сосульки с крыш.

Осенний сплин,

унылая пора,

а листопад,

лекарство от безумья.

В ночи камин,

как чёрная дыра,

в ней виден ад,

в минуты полнолунья.

Там с высоты

нисходит высший разум,

чтоб слово молвить

о неведомой судьбе,

чтоб я и ты,

вдвоём проснулись разом,

и я мог помнить,

только о тебе

Ещё не вечер

Ты говорила мне тогда:

"постой, еще не вечер,

ты никуда не опоздал…",

а мне ответить нечем.

Рвануть так хочется наверх,

а крылья не хотят,

и в небо я гляжу, как стерх,

свой потерявший ряд.

Февраль промозгл и уныл,

играет в прятки с нами,

нам шлет приветы от луны,

с пророческими снами:

морщинок невод на челе,

прошедших будней тень,

да крошки хлеба на столе,

на самый черный день.

Я отгоняю от души,

приснившийся кошмар,

как запах тела твой душист,

я твой гурман-клошар.

Февраль растает на стекле,

короче станет тень,

стоит подснежник на столе,

как в самый первый день.