Ветка

Пыльными подушками на лапах он испачкал мне юбку, начал тереться своей мордой чуть выше бедра. А вдруг что-нибудь почувствовал? Наша кошка, кстати, тоже что-то знала. Она стала прыгать на мой живот с разбегу, приятного мало, приходилось закрывать дверь в комнату, чтобы она не совершала свои набеги.

Это была не совсем наша кошка, точнее она сначала была совсем не наша. Однажды ночью я проснулась от того, что у меня над головой кто-то скребется. Я пролежала всю ночь, боясь шевельнуться, а утром спросила у Вадима:

– Ты слышал что-нибудь ночью?

– Слышал, мыши это были.

– Нужна кошка, – я поставила ноги повыше, – они запах почувствуют и убегут.

– Кошка – это не панацея.

– Панацея, давай я у соседей попрошу на один день, я видела у них котеночка.

Маргарита Викторовна и Марина любили кошек, но жило у них три собаки. Поэтому я пошла спрашивать разрешения о кошке на час.

– Можно от соседей кошку принести, мыши скребутся? – я подошла к Маргарите Викторовне, которая проверяла, скрепит ли дверь, или ей просто кажется, – до вечера.

– Возьми, только следи, чтобы собаки не сцапали, – дверь все-таки скрипела, – я тоже слышала мышей. Вадима надо попросить, чтобы смазал, у него же масло в машине есть?

Я пошла к соседям, у них совсем не было двора – сразу вход в дом. Я постучала.

– Простите, а у вас кошка же есть? Можно нам ее взять до вечера, у нас мыши.

Мужчина кивнул и сходил в дом за трехцветной кошечкой.

– А как ее зовут? – он протянул на одной руке кошечку.

– Никак не зовем, – я спрятала ее морду к себе в куртку.

Я бы не дала чужой девочке, которая с детства мечтала о кошке, своего кота, пусть даже и до вечера.

Назвали ее Маруся, брали к себе, если видели, что она гуляет, а если не гуляет, то звали: «Маруся! Маруся!», и она выбегала. Сначала я одна ходила за кормом – она была вечно голодной и накидывалась на корм каждый раз, потом стала ходить Маргарита Викторовна. В один из выходных дней она сказала:

– Это не дело, вы как школьники: «А Маруся выйдет погулять?», – она взяла Марусю на руки, – поговорите с хозяевами, может быть, ее отдадут.

– Мам, а собаки?

– Она боевая, ты же видишь какие у нее лапы большие, – Маргарита Викторовна вытянула Марусину лапу, – и бегает она быстро.

Соседи разрешили, Маруся оказалась самым главным лекарством от мышей, хоть ни одну она не поймала.