Русская невестка. Роман

Арсен сел, тоже достал сигарету и стал мять ее в руках.

– Да, все осталось, ничего не тронул. Прошел над самым селом, побил огороды, правда, крепко побил.

– Да черт с ними, с огородами! Главное, чтобы совхозные виноградники уцелели.

– Они-то как раз уцелели, только у дубовой рощи краешком зацепило. Это мелочь. – Арсен склонился было к отцовской руке, чтобы прикурить, но остановился, принюхался – из дому тянуло сердечными каплями. – С кем это плохо? Не с матерью?

Мисак досадливо махнул единственной рукой:

– Да с Ануш… будь она неладна…

– Что так? – Тон отца насторожил его.

Мисак покашлял в кулак.

– Да как тебе сказать… Старуха вроде как совсем спятила…

– Ну а точнее? Ты не тяни, рассказывай, я ведь все равно допытаюсь, уж лучше ты.

Старик еще раз прокашлялся и неохотно рассказал о том, что произошло.

…После ухода Арсена Мисак велел женщинам убрать со стола, не до еды стало.

– А мясо уберите в холодильник.

– Не работает холодильник, – ответила Марьям, – свет отключили.

– Как отключили? Почему?

– Не отключили, – вмешался Мушег, показав на свисавший с крыши конец электрического провода. – Градом перерубило.

– Что же делать? Мясо-то испортится…

– Не испортится, – сказал Мушег, – сейчас соорудим холодильник. Гриша, принеси-ка лопату!

Гришик вынес из сарая лопату. Мушег сгреб градины в один холмик под навесом, вырыл яму.

– Вот вам холодильник. Давайте сюда мясо, только сперва заверните в целлофан.

Женщины стали тихо убирать со стола. С минуту постояв в нерешительности, Елена тоже протянула руку и взяла пару тарелок. Но тут ей показалось, что тетка Ануш говорит что-то недоброе. Она не понимала слов, произносимых старухой, поэтому смотрела на нее со смешанным чувством детского любопытства и какого-то смутного полумистического страха. В этот же момент Марьям, с металлическим стуком бросив на стол собранные ножи и вилки, прикрикнула на сестру:

– Ануш! Замолчи! Слышишь?!

– Да, да, да! – Ануш в неожиданной ярости перешла на противный, надтреснутый старческий визг, продолжая трясти сухими руками.

– Тетя, что ты говоришь?! Стыдно, старая женщина! – рванулась к ней Арфик, опрокинув стул. Но ее опередил Мисак. Болтая пустым рукавом пиджака, он подскочил к Ануш.

– Замолчи, старая ведьма, – сказал он, – не делай из мухи слона. Сначала найди причину, чтобы осуждать.