Таланты и покойники

Почему я должна быть более алчной? Вот если б вы имели возможность мне заплатить и отказывались, тогда другое дело, а на нет и суда нет.

Слова звучали легко, иронично и чуть-чуть отстраненно, словно о ком-то постороннем. Вика сосредоточенно размышляла. А действительно, ведь она сама тоже в некотором роде вкалывает даром, просто никогда не смотрела на себя со стороны! Похоже, эта Марина кое-что смыслит в жизни, и на репетиции от нее будет больше пользы, чем вреда. Только бы не сорвалась из-за Преображенского! Хоть она вроде бы человек и спокойный, да ведь он доконает любого.

В студии царило радостное оживление.

– Ой, – пискнула Даша, – эту пьесу действительно написали вы? Я думала, вы старая, а вы совсем молодая, почти как мы с Ташей! – Тут она смутилась от собственной бестактности и, запинаясь, пояснила: – Я имею в виду… ну, чтобы столько про людей понимать, нужен большой опыт… вот и удивилась, что вы…

– Не знаю, как в смысле опыта, – весело сообщила Марина, – а возраст мой, к сожалению, существенно больше вашего.

В тот же миг идеально поставленный бархатный голос негромко, однако так, что услышали все присутствующие, произнес:

– Никогда нельзя верить женщине, которая не скрывает своих лет. От нее можно ожидать чего угодно.

Воцарившаяся тишина длилась мгновение. Прервала ее Марина, вежливо прокомментировав:

– Оскар Уайльд, «Женщина, не стоящая внимания». Вы играли лорда Иллингворта, Евгений Борисович?

– Один-ноль, – шепнула подруге на ухо Таша.

– Я играл Уайльда, я играл Шекспира! – Преображенский эффектно появился из темноты зала и встал в позу.

– Ну что вы, – скромно ответила Марина. – Я предупреждала Викторию Павловну, что ни один из героев не соответствует вашему амплуа.

Актер надменно поднял брови:

– Моему амплуа? Вы всерьез полагаете, у меня есть амплуа? Вы знаете мое имя? Ев-ге-ний Пре-об-ра-женс-кий! – весомо, по слогам прочеканил он. – А как меня называют поклонники? Гений преображения! Сама природа дала мне имя, отражающее мою внутреннюю суть!

– Не природа, а дедушка, – снова шепнула подруге Таша.

Между тем ее дядя продолжал монолог:

– Вы полагаете, я не смог бы сыграть любого из этих ваших блеклых героев так, что они засверкают всеми красками? Только кому интересен чистоплюй, который, даже влюбившись, думает о всякой ерунде вроде жены, детей и карьеры, а не о себе и своих чувствах!

– Хорошенькая ерунда! – вслух заметила Таша.