Таймер

– Постирать-то можно?

– Да, конечно,– Миша опять улыбнулся, широко и радостно, словно стирать для меня было его заветной мечтой,– давай вещи.

Это предложение меня смутило.

– Я сам закину.

– Как хочешь. Пойдём, провожу в ванную.

– Ждать будешь или позже зайдёшь? – уточнил он, выбирая подходящий режим.

– Позже зайду,– мне не хотелось оставаться в квартире с «наверно гостями». Вещи оставлять тоже стрёмно, но не вырывать же их из машины: дважды за день – это уж чересчур! Так недолго снискать славу современного Дон Кихота, только воюющего не с мельницами, а с дамскими помощницами по части стирки.

– Зачем здесь столько щёток?

– Гости оставляют, а я в мешок складываю. Видно, сегодня кто-то мой мешок по пьяни распотрошил.

Миша довёл меня до порога, протянул руку и сказал:

– Если что, не пугайся, ладно?

Я кивнул. Когда не знаешь людей, обитающих в твоей квартире, лучше предостерегать всех и от всего. Или это не его квартира? Он и сам тут «наверное гость»?

– Я тебе непременно все вещи верну.

Я снова недоумённо кивнул, прикидывая, с чем из пожитков не жалко расстаться. Без привычной одежды обходиться будет нелегко, но кое-что из оставленного мне особо дорого.

– Футболку со слоном верни обязательно. Тёткин подарок.

– Всё верну,– повторил Миша твёрдо,– может, не сразу, если что. Но непременно верну всё.

И он закрыл дверь. Я постоял, прокручивая в голове странный диалог, кинул взгляд на часы – пора ужинать. Зайду часиков в десять, может, и поздновато для визитов к соседям, но, думаю, моим вещам безопаснее будет вернуться ко мне сегодня же.

Около десяти часов я влез в шлёпанцы и снова крайне по-домашнему (футболка-шорты) отправился на четвёртый этаж, заткнув уши наушниками и вперив взгляд в экран телефона. А что? Пусть себе продолжается фильм. Подвисает немного в подъезде, но это не беда.

Я поднял глаза, когда ступени под ногами кончились. Перила под рукой оборвались, сменившись ограждением площадки пятого этажа. Я проскакал взглядом по железным перекладинам лестницы, ведущей на чердак, обозрел запертый на замок люк.

– Тьфу, этаж проскочил…

Я спустился на один пролёт вниз, позвонил в угловую квартиру. Мне открыла девчушка лет десяти—одиннадцати, гладко причёсанная и одетая в аккуратное, но явно домашнее платьице. В руке она держала учебник литературы, зажав пальцем нужную страницу.