Его Лесничество

Разве что из любопытства мальчишка спросил:

– Переодеться или можно так?

Отец запахивал шинель. Мимолетом обернулся, окинул сына взглядом и ответил:

– Да, так сойдет. Ты не видел мою шляпу?

Хармс не без удовольствия подал отцу головной убор, за что был вознагражден хлопком по спине.

А следом захлопнулась за ними дверь.

На шум вышла в коридор мать Хармса. Но никого уже не застала.

#2

У подъезда ждала машина. Они влезли на заднее сидение, и Иоф назвал адрес. Машина тронулась, и отец впал в обычную задумчивость.

Хармс в такие минуты не мог вытерпеть тишины. Он попытался завести беседу, но ему быстро наскучили односложные ответы. А заговорить с водителем в сияющей форме мальчишка не решился.

Иоф попросил его свернуть с улицы.

– Дальше мы пройдемся, – хлопнул он водителя по плечу.

Оказавшись на открытом пространстве, отец быстро зашагал по тротуару. Хармс припустил следом, едва поспевая в шаг.

Отец взглянул на небо и заметил:

– Прохладно сегодня.

И, повернув взгляд к сыну, добавил:

– Тебе бы теплее одеться. Дома ещё не скоро окажемся.

Хармс не ответил. От быстрой ходьбы под пальто стало жарко, а ноги холодило на ветру после прогретой машины.

Они вернулись на улицу и двинули по тротуару.

Улица казалась вымершей. Походившая в мирные дни на тесный переулок, теперь обрела масштабы проспекта. Но вопреки ощущению свободы и пространства, отец с сыном жались ближе к домам. Их сопровождал только хруст снега под отцовскими ботинками и сапогами Хармса.

В тишине их окликнули из двора. Звук получился резким, и Хармс вздрогнул от неожиданности. Отец этого даже не заметил и свернул в подворотню, где стоял офицер в парадной шинели и меховой шапке. Он взмахнул кожаной перчаткой, приглашая их подойти. Когда сошлись, офицер отдал честь, но без лишнего пыла. Отец, хоть и занимал высокий пост главы городского совета, оставался гражданским. А сейчас шла война, и любой офицер мнил своего начальника – коменданта города – чуть ли не мессией, последней надеждой.

Офицер предложил пройти к остальным и указал на распахнутую за спиной калитку.

В центре двора на постаменте высился бюст с кустистой мраморной бородой и взирал на столпившихся мужчин. Судя по мелькавшим звёздам, – всё военное руководство.

Только Хармс никого уже не замечал, разглядев в толпе Ньюта.

Одетый точно также, как другие офицеры, комендант разительно отличался от них.