Путешествие внутрь иглы. Новые (конструктивные) баллады

Так собираются фанаты в зале,

чтоб насладиться зрелищем звезды, —

но зрителем быть в этом ритуале

ни для кого особой нет нужды.

Куда как лучше за поливкой грядки,

за книгой иль кормлением кота

встретить Того иль Ту, кто без оглядки

доставит нас… в знакомые места, —

где та же нам откроется дорога,

и будем мы, идя по ней, стареть,

а под конец опять попросим Бога,

чтоб дал нам своей смертью умереть.

7

Так что в итоге, родившись, мы двигаемся во времени к расцвету жизни и далее к ее концу, то есть мы с каждым шагом приближаемся и к жизни, и к смерти: казалось бы, взаимоисключающие координаты и разные пути, но нет – это именно один и тот же путь, потому что приходится допустить, что, идя к смерти, мы одновременно идем и к нашему следующему рождению, – и путь жизни уподобляется кривой, замыкающейся на себя и вырисовывающей… что? разумеется, всего лишь наш собственный профиль и ничего больше, но могло ли быть иначе?

Ведь как художник в дневниковых записях и черновых вариантах набрасывает пунктиром характеры персонажей, разрабатывает сюжетные перипетии, меняет местами сцены, сдвигает и раздвигает время действия, – так точно мы живем и движемся в повседневной жизни, но стоит нам внимательно взглянуть на себя со стороны, задуматься, почему наша жизнь так сложилась, как она сложилась, припомнить основные фазы биографии, вспомнить мнения о нас людей нас знающих и любящих, а также критически к нам относящихся, представить себе иное течение жизни и скоро его отвергнуть как надуманное и несущественное, – итак, стоит нам проделать этот болезненный, но невероятно полезный для души эксперимент, как тотчас из расползающихся во все стороны черновых биографических зарисовок выступит более-менее ясная сюжетно-образная канва.

8. Лесная тишина

В лесу осеннем, просквоженном низким солнцем,

иной раз странная повиснет тишина:

так в доме нежилом, за выбитым оконцем

мерещится нам жизнь, – но где и в чем она?

Ее постичь – как с собственной обняться тенью:

быть может, тайный Замысел о нас таков?

пусть даже по чьему-то щучьему веленью

неисполнимым был он испокон веков.

Невидимая жизнь нам не дает покоя,

сама предельный демонстрируя покой, —

так с нашей вытянутой в зеркале рукою

нельзя соединиться чувственной рукой.