Плащ-палатка

Плащ-палатка

Алексей Назаров

Он жил своей мирной жизнью и мечтал жить и созидать. Но, вместо учебы в Томском педагогическом институте и работы учителем, ему пришлось учиться в Омском пехотном училище и воевать.

Алексей Назаров

Плащ-палатка

Свой дачный участок, находившийся на краю города, он, называл садом. Это и был самый настоящий сад, ведь на крошечном клочке земли у него росли и яблони и вишня и облепиха. И всё это в Сибири, где зимой земля промерзает метра на полтора, а то и глубже.

Однажды, тёплым сентябрьским вечером, готовясь к отъезду из сада домой, он собрал вещи но никак не мог сообразить во что их завернуть. Вот, наконец, в голову пришла нужная мысль, и он, оглядевшись по сторонам, крикнул внуку:

– Алёша, посмотри, где-то в мансарде плащ-палатка была. Зелёная такая. Найдешь, принеси её сюда.

– Дед, я знаю, какая она. Сейчас поищу, – ответил внук.

Быстро забравшись по лестнице на мансарду дачного домика, четырнадцатилетний мальчишка стал искать плащ-палатку.

– Вот, нашел. Эта?

– Да, эта. Расстели её вот тут, я посмотрю на неё, – сказал дед, указав рукой на клочок земли перед собой.

Глядя на расстеленный перед ним кусок зеленой ткани с кольцом и шнурком, дед достал из кармана рубашки папиросу и закурил, молча выпуская дым, задумчиво прищурив глаза, словно он что-то мог увидеть на той самой плащ-палатке. А он видел …

… Он видел строй одетых в офицерские шинели и туго перепоясанных кожаными ремнями молодых восемнадцати и девятнадцатилетних парней, стоящих на плацу Омского пехотного училища.

– Товарищи выпускники! Еще раз поздравляю вас с окончанием военного училища и присвоением воинского звания младший лейтенант! – говорил стоящий перед строем начальник училища, приложив руку к папахе.

– Ура! Ура! Ура-а-а-а! – ответил строй новоиспеченных младших лейтенантов.

– В девятнадцать ноль-ноль сбор на этом же месте, для распределения по воинским частям.

Выбежав за ворота училища, три молодых офицера быстрой пружинистой походкой пошли по заснеженной улице. Над их головами светило яркое январское солнце, а под ногами поскрипывал ослепительно белый снег. Синицы, сидя на ветках деревьев, пели так, что хотелось думать о чём-то возвышенно-романтическом, но ни у кого из троих друзей даже не было девушки.