Зарево

Нечего и думать – в таком виде нельзя показаться на глаза возможному работодателю, что он о ней подумает?

Конечно, питерская погода может кого угодно застать врасплох, но почему именно сегодня и именно перед важной встречей?

Но не все так фатально: Антипина говорила, что Николай только оставит ей текст для проверки, а сам навряд ли будет дома. В таком случае она не станет заходить в квартиру, а возьмет бумаги домой.

Зоя поднялась на третий этаж и остановилась возле нужной двери. На ней красовалась медная табличка с надписью «Антипины», а ниже на картонке список из шести фамилий.

Три явно принадлежали женщинам – Иванова, Смирнова и Зотова – и Зою не заинтересовали.

А следующие следовало изучить: так, Николай Фридерикс, очевидно, это тот, кто ей нужен. Ниже были начертаны еще две фамилии – Петр Силин и Григорий Ионов.

Зоя задумалась: хорошо, если ей откроет хозяйка или кто-то из девушек. В таком случае можно попросить обсушиться и почистить обувь. Промелькнула мысль, что это могут быть незнакомые ей Петр или Григорий, но Зоя отнеслась к этому спокойно – ну какое ей дело до парней, которых она, возможно, увидит лишь однажды.

И Зоя повернула ручку звонка.

Дверь распахнулась сразу, как будто тот, кто ее открыл, поджидал ее в коридоре. Это был явно не Фридерикс —паренек был невысоким, крепко сложенным, смуглым от застарелого загара. Зоя еще не знала, что так загореть можно на поле или в огороде. Юноша смотрел на нее вопросительно, однако не спешил начать разговор.

Зоя опешила: ее накрыла горячая волна. Она почувствовала непонятное родство с этим пареньком, которого увидела впервые в жизни. Ей показалось, что они знакомы много лет, росли вместе и знают друг о друге все.

– «Если его зовут Петр Силин, то у нас будет любовь до конца жизни, а если Григорий Ионов, то ничего не будет», – неожиданно для себя загадала она

Глава 10

Звонок застал Петра в коридоре. Он открыл дверь и… оторопел: на площадке стояла принцесса на горошине – точно такая, как ее описал Андерсен.

И даже вода стекала с нее ручьями, а мокрые волосы перепутались на лбу. Петя подумал, что ее кто-то окатил из ведра. Нет, скорее сильный ливень тому виной, а бедняжка без зонтика. Он посмотрел в ее глаза, и острая игла жалости уколола его: захотелось обнять ее, согреть дыханием холодные ладони и тонкие пальчики, укутать в теплый плед, а еще лучше – напоить горячим чаем.