Летопись

И словно по наитию,

В него вторгался некий Парацельс,

Чем прививал ему любовь к открытиям.

«Не знала я об истинной причине».

(Опустим здесь неловкие зачины).

Сказала Флора. –«Что за чертовщина!»

Пробормотал Великий Тамплиер.

Он есть портрет. Но он ещё не кончен,

По той причине, что той поздней ночью,

Поставил Фишбах или многоточие,

Иль (вариант) – иллюзий тех пример.

#Савелий_Кострикин

#Порыв_Души

Баллада о Лауре и Бродском

Но Сказали Они – «Мы её воскресим!:

И в тех чёрных клубах модернистского дыма,

Поднялся вдруг Пророк испытуемых сил…

Но не видно не зги – ни забора не тына,

Но не видно причин.

Воскресить, как Христа: безо всяких условий,

Тёмных личностей, странных неброских личин.

Называли Они, ту заботу – любовью.

За той гранью – лиса. Непонятно: за чем

Та явилась. Смела её магии лопасть.

Она Кита любила. И из множества цен,

Гибель выбрала. Но – над тем городом – пропасть…

Над тем городом пропасть: в распахнутой мгле,

Летит Пастернак. Только призрак Лауры,

Идёт по утоптанной Бродским земле,

Глуша кислород. Город – серый и хмурый,

Во тьме растворяется. Ночь на дворе.

И в тех чёрных клубах стихотворного дыма…

Но хотя ни о чём… И идёт по земле,

Город где не видать ни забора. Ни тына.

И идёт по земле один мудрый еврей,

А за ним – та лиса.

То конечно – же – Бродский. И – Лаура: Привык тот еврей воскрешать.

Но в тот раз он смотрел на неё по – сиротски,

Но в тот раз (это было, конечно давно:

Раньше чем Он ушёл) нужно было… Остаться?

Нет. Признаться он сам думал –«Нехорошо,

Поступил я с ней так,

Только памятью клацнув,

Словно челюстью волчьей». Он на этой земле,

Навсегда утвердил: «Люди! Кайдрэн!

Прошу – берегите друг друга!»

Город плыл, будто был он матросом на корабле.

Но Лаура идёт. И над городом – вьюга.

#Савелий_Кострикин

#Порыв_Души

Есть магия иного рода:

Ты слышишь Галича мотив,

И просыпается природа,

Как и настрой на позитив.

Есть магия иного рода:

Открытый Пастернака том.

Себе ты видишься уродом,

Не можешь думать ни о чём.