По волнам памяти

Поколядуете. Целует нас и уходит…

Вечер. За разрисованным морозом окном первые звезды.

Мы с сестричкой, наряженные в праздничные одежки, сидим за столом на кухне и наблюдаем, как мама накладывает в прозрачные вазочки кутью. Именно так в наших местах называют то рождественское угощение, с которым ходят колядовать. Это сладкий вареный рис, с изюмом, украшенный поверху кусочками мармелада или разноцветными леденцами с загадочным названием момпансье.

Наполнив вазочки, мама кладет под крышку каждой по блестящей чайной ложечке и завязывает их в белые полотняные хусточки.

– Ну, а колядки вы хоть знаете?, – интересуется он, – а то ведь кроме медного пятака кугуты ничего не дадут.

– Знаем, – хихикает сестренка, – нас мама учила, и заводит тоненьким голоском,

«Щедрык, ведрык, дайте вареник,

Грудочку кашки, кильце ковбаски…

– А вот еще,

« Щедрый вечер, добрый вечер,

Добрым людям, на здоровье…»

– Добре, – улыбается отец, – с такими колядками, все гостинцы ваши…

Затем мы ужинаем необычайно вкусной колбасой из васьки и ватрушками с творогом, запивая их овсяным киселем.

Через полчаса, тепло одетые, с кутьей в руках и полотняными торбочками через плечо, мы гордо шествуем с сестренкой в сторону хаты нашего второго деда – маминого отца. Они с бабушкой живут на противоположном конце улицы, и там же дом еще одного нашего дяди по линии мамы.

Вообще-то родственников на селе у нас как собак нерезаных: родные и двоюродные деды и бабки, дяди и тети, их дети, крестные отцы и мамы. Есть даже прабабушка Литвиниха, которой под сто лет. А еще соседи. О-го-го! Так, что, развернуться есть где.

Для начала мы заходим в дом дяди. Это тактический ход. Там живут два наших брата – моих одногодков. Юрец и Сашка. Нужно сбить компанию, чтоб пацаны с «нижних» улиц не накостыляли. Не знаю почему, но мы постоянно деремся, хотя и ходим в одну и ту же школу.

Юрка и Сашка уже наготове. В одежках, с узелками и торбочками.

Как только сестренка с порога затягивает колядку, они начинают вопить, что нужно спешить, а то другие пацаны соберут все лучшие гостинцы.

Однако, получив по загривкам от тетки, тут же умолкают. Старшие дослушивают «щедровку» до конца, а затем, когда мы «засеваем» пол комнаты горсточкой припасенной в карманах пшеницы, пробуют и хвалят нашу кутью.