Письма деду Морозу

Одёжки не получились, а бумажки остались и почему-то в самых немыслимых местах, даже лежали под кроватью.

«Вот прибираться я умею», – сказала мысленно Алина, – «Но писать это не буду. Вдруг Миша не любит, когда прибираются и что-нибудь на его столе трогают».

И вдруг её осенило! Алина быстро подскочила к дневнику и записала:

*

«Как это я сразу не сообразила, что зубы чистить надо обязательно!» Алина даже вздохнула с облегчением – план получился внушительный, самой понравился, осталось только привлечь к себе внимание Миши.

На всякий случай Алина приписала ещё один пункт:

*

Она и сама не знала, зачем этот пункт нужен, но решила, что быстрый бег в жизни всегда пригодится. «Пусть теперь кто-нибудь скажет, что у меня плохой план!» – подумала она, а ещё девочка подумала, что план свой никогда никому не покажет и Мише тоже.

08.2019

*Текст взят из интернета, автор неизвестен.

Лёшка-куропоть

Он стал охотником наверно ещё когда не родился.

Не секрет, что к восьмому классу все мальчишки стали заядлыми охотниками. А Лёшка охотился и в восьмом классе, и в седьмом, и в шестом, а, может быть, и того раньше. Осознавать это стали остальные ребята только тогда, когда стали старше. Лёшке дали прозвище – куропоть, но не за то, что он похож на куропатку, а за то, что он вылавливал этих птиц несметное количество.

– Лёшка, сколько вчера поймал? – спрашивали любопытные одноклассники.

– Примерно сто двадцать три, – не задумываясь, отвечал Алексей.

Он не врал и не лукавил, а слово «примерно» сказал лишь потому, что при подсчёте добычи дома мог ошибиться.

Ему не надо было столько куропаток, но отец, у которого он перенимал навыки, слыл охотником-промысловиком. Этим он зарабатывал для семьи деньги, сдав добытую птицу или мясо государству. Лёшка ему помогал, но имел в тайге свои тропы и свои угодья, не мешая отцу и предпочитая заниматься промыслом в одиночку, а иногда проверял силки свои и у отца по его просьбе.

Куропаток Алексей ловил силками, чтобы не расходовать впустую на такую мелкую дичь боеприпасы, а ружьё в любом случае носил с собой.

Мало ли что!

Силки из конского волоса ничего не стоили, для этого требовалось отрезать волос из конского хвоста, а коней в колхозе пруд-пруди, а потом отдельные волосинки определённым образом сплести. Имея навыки, это большого труда не составляло и приделать верёвочный хвостик для привязки силка к кусту тоже плёвое дело.