Постпозиция

Я постоял у дома, не спеша покурил и пошел ждать автобус.

Через час мы встретились с Дианой.

– Ты не выспался, – констатировала она.

– Нет, что ты, очень даже выспался, – заверил я ее.

– Чем всю ночь занимался?

– Играл.

– Толковое занятие, – посмеялась она.

– Ладно, двинули! – сказал я, беря ее под руку.

Маршрутка подъехала полупустая, и мы уселись на задние сиденья. Нам составляли компанию несколько хмурых тетенек, уставившихся в окна, и помятый мужик, развалившийся на сиденье у передней двери, с равными интервалами кивающий головой и источающий характерное амбре.

Диана положила голову мне на плечо. Я положил голову на ее голову. Теперь вместе с перегаром мужика я чувствовал запах ее волос – так мне нравилось больше, глаза стали закрываться.

Очухался я оттого, что нас тряхнуло на лежачем полицейском. Мужик впереди, я заметил, перестал кивать и тряс головой.

– Проснулась? – я чуть дернул плечом.

– Я не засыпала.

Я расстегнул молнию и достал конверт.

– Это твое, – протянул я его Диане.

Она убрала голову с моего плеча, взяла конверт, открыла, надавила с хрустом на его края, чтобы достать содержимое.

– Я думала, их уже нету!

– А я сохранил.

Это были ее школьные рисунки. Собственные вариации на тему вкладышей модной в то время жвачки. На рисунках на клетчатой тетрадной бумаге были изображены мы – я, Влад и Диана – в разных сюжетах. Мы прикуривали друг другу сигареты, протягивали полторахи, дрались с директором и завучем и все в таком духе.

– О, эту я помню и эту помню, – восклицала Диана, перебирая листы.

– А эту не помню… А, вспомнила!

Диана засмеялась и протянула мне рисунок. На нем мы с Владом были изображены как два огородных пугала.

– Не подпускали ко мне ни одного мальчика, так что, вот вам, получайте, – проворчала Диана, продолжая перелистывать свои творения.

– Конечно, не подпускали. К тебе же вечно придурки какие-то лезли.

– Ага, и ты.

– Ну вот не надо тут!

– Да ла-адно!

– Ну ладно, твоя правда.

– Спасибо за рисунки!

Диана потянулась поцеловать меня в щеку, но я повернулся и поцеловал ее в губы.

– Само вышло, – сказал я и уставился вперед, в затылок мужика.

Я ощутил толчок в ребро, а потом снова ее голову у себя на плече и снова запах ее волос.

Стеклянные с золоченой рамкой двери ресторана распахивались на оживленный проспект в центре города, выделяясь на фоне бегущих пешеходов и брызжущих грязью машин на проезжей части.

– Далеко ресторан.