ПАЗЛ

А сколько раз я… и не только по пустякам?…

Владимир Высоцкий

В телевизоре передача, посвящённая дню рождения Высоцкого и Григорий Лепс исполняет его известную всем песню на мотив цыганской «Три гитары за стеной…».

В отличие от кабацкого с пьяной слезой первоисточника у автора в ней действительно трагика и Лепс рвёт душу – «Все не так, ребята!».

Оператор показывает крупным планом притихшего сына Высоцкого, внимающего словам, которые и до этого слышал, наверное, тысячи раз. Но больно хорош Лепс.

Следом таким же крупным планом лицо актёра Сергея Безрукова – тоже притихшего и даже с повлажневшими, как мне показалось, глазами.

Остальная публика за столиками в своём большинстве тоже вроде бы внимает, но при этом почему-то заводится и начинает хлопать в такт песни, как какой-нибудь «Калинке-малинке». Испортили, гады, песню.

А ведь не случайные люди пришли в студию. «Интеллигенция», мать вашу. Кабацкая.

Исмаил

Исмаил – брат моей бабушки по отцовской линии – Зайнаб.

В памяти остался лишь образ старика – папаха и пышные седые усы.

Говорят по жизни он был весельчак и балагур.

Моя мать как-то рассказала одну из историй, связанную с ним:

Уже на склоне лет, выйдя на пенсию, Исмаил устроился на работу сторожем в районное отделение Сбербанка, называвшегося в те времена сберкассой.

И вот очередной рабочий день подошел к концу. В самой сберкассе сотрудники собираются домой, а Исмаил, как обычно, занял пост у дверей.

В это время к помещению подходит дама – местная пава, не чувствующая под собой земли по причине того, что является женой районного прокурора.

Исмаил возникает перед ней и, назвав по имени, говорит, что входить нельзя, поскольку рабочий день уже закончился.

Дама величественным жестом, указывая пальцем в направление собственной груди, спрашивает: Это мне что-ли нельзя?

Исмаил сходу, указывая пальцем в том же направлении, отвечает: Вот тебе-то как раз и нельзя.

Гасан и криворучки

Гасан – чудесная светлая личность из высокогорного лакского селения Шали.

В своё время в Буйнакске его высокую худощавую фигуру узнавали из далека многие.

После переезда в Махачкалу я его никогда уже не видел, а недавно, приехав навестить мать узнал, что он скончался в возрасте 90 лет.

В таких случаях обычно говорят: – Дай бог и остальным прожить столько же.