Полотно

Мала для маневра пространства осьмушка -

я видел, как с башни ударила пушка,

я видел сквозь дым, как, султан опаля,

наш ферзь обернулся, ища короля,

и в прорезь доспеха без страха и гнева

глядит королева – так вот королева моя!

Ужель не найдется столь страшной порой

на ферзевом фланге отважный герой -

а ну, белый слон, марш по диагонали,

вперед, мои кони, чтоб нас не догнали,

и я дохожу до последней черты,

и вижу вдали дорогие черты -

я ваш, я строка из того же напева!

Но где королева? Ах, где королева моя!

Шагаю за бортик, сливаясь с судьбой,

там кортик вручается мне голубой,

но кто начал кон за моею спиною,

встав за Рубикон, уже занятый мною,

чей реет султан среди черных фигур

над полем, где замертво падает тур?

Победа рванулась из смертного зева,

но где королева? Ах, где королева моя?

По диагонали

Два часа уже идет война,

но не важны сроки обреченным,

на доске осталось два слона

– я на белом поле он на черном

и шагаем по тропе войны,

недоступней, чем сады Непала -

хорошо, что мы с тобой слоны,

а слоны не ходят как попало…

Но столь же прям размах углов, двуцветен столь же,

среди кивающих голов моя всех больше,

вас грызла ненависть к врагу и гибли вы же -

средь спин, согнувшихся в дугу моя всех выше…

Вновь из всех возможных заварух

мною собственный маневр взлелеян -

хорошо, что слон не то, что рух:

слон в поступках не прямолинеен,

но бойцы, шагая вразнобой,

смело топчут расписные пятна -

если слон и протрубит отбой,

здесь никто не поспешит обратно…

И столь же много трачу слов и тщетно столь же,

среди кивающих голов моя всех больше,

на каждом сделанном шагу пугаясь мыши,

средь спин, согнувшихся в дугу моя всех выше…

Может, замыслы мои глупы,

но ведь может это быть, послушай,

что их деревянной скорлупы

я воздвигнусь всей своею тушей,

осень в джунглях – не сезон охот,

черный воин, брось копье, не мешкай,

потому что, позабыв свой ход,

ты теперь уже не будешь пешкой…

Но столь же облик мой суров и жалок столь же,

среди кивающих голов моя всех больше,

вам страшно было на бегу – но пали вы же,

средь спин, согнувшихся в дугу моя всех выше…

Вновь и вновь мечтая об ином,

черномастного минуя братца,

вижу я – не стоит быть слоном

и не стоит даже называться…

Пять часов уже идет война,

свой последний час мы вст