Сказки

– О чем ты плачешь? – спросил он Герду, – Мне ничуть не больно! Фу, какая ты дурнушка! Какая уродливая! – вдруг крикнул он, – Смотри! Видишь? Эту розу грызёт червь! А та совсем уродина! Какие мерзкие розы! Они грязнее ящиков, из которых торчат как покойники!

И он стал пинать ящик ногой и выдрал обе розы из земли.

– Кай, что ты творишь! – в отчаянье закричала Герда, а он, смеясь над её испугом, вырвал ещё один цветок, растоплат его и убежал от нежной маленькой Герды в своё окно.

О, как изменился Кай!

Начнёт теперь Герда показывать ему книжку с картинками, он тут же перебьёт и станет твердить, что картинки хороши только для глупых младенцев, скажет что-нибудь его старая бабушка – он привяжется к её словам и начнёт её высмеивать И закончит тем, что будет пародировать её походку, цеплять её очки на кончик носа, говорить её басом.

Выходило очень смешно, и люди, видя его шутки, просто падали от смеха. Скоро Кай принялся передразнивать и всех соседей. Откуда он научился выпячивать и представлять все их недостатки и странности? Насмотревшись на его представления, соседи говорили:

– Какой удивительно талантливый мальчик!

Кто бы сомневался! Мы-то знаем, что причиной этому были злые осколки, что оказались в глазах и сердце мальчика.

Вот почему он передразнивал даже свою маленькую Герду, которая любила его всей душой.

И игры его стали теперь совсем другими, слишком хитромудрыми. Однажды зимой, во время большого снегопада, он вынул большое увеличительное стекло и подставил снегу рукав своей старой синей куртки.

– Погляди в лупу, Герда! – приказал он.

Снежинка казалась под стеклом огромной, гораздо больше, чем на самом деле, и была очень схожа с роскошным цветком или двенадцатиугольной звездой. Как красиво!

– Видишь, как здорово всё задумано?! – сказал Кай, – Это лучше самых красивых живых цветов, не правда ли?! И какие они все правильные! Ни одной случайной линии! Ах, как жаль, что они рано или поздно растают!

Спустя несколько дней Кай выскочил на улицу в больших рукавицах, с санками за плечами, и громко закричал Герде в самое ухо: «Мне разрешили покататься на площади с другими мальчишками!» – и умчался вдаль.

Множество детей каталось на площади, таская за собой свои санки и бегая на коньках. Кто пошустрее, подвязывал свои санки к крестьянским саням и мог катиться далеко-далеко. Если б вы знали, как я завидовал им!

И тут на самом пике веселья на площадь выскочили огромные сверкающие, ослепительно белые сани.