Сказки

Ночью, когда маленький Кай был дома и наполовину раздет, он заполз на стул у окна и выглянул в свой маленький глазок на окне; там летали большие снежинки, и одна из них, самая большая, приземлилась на край на край его цветочного ящика; Снежинка росла всё больше и больше, и в конечном итоге превратиласьсь в белую фигуру, укутанную в самый прекрасный белый Тюль, который, казалось, был соткан из миллионов снежных звёздочек. Она была так прекрасна и чиста, но вся изо льда, ослепительно сверкающего льда, но все же она была живая! Глаза её светились как две ясные звезды, но в них не было ни покоя, ни радости.

На следующий день просветлело, был мороз, а потом и наступила весна, сверкнуло Солнце, проклюнулись первые листочки, ласточки строили гнезда, открывались окна, а маленькие дети сидели в своем маленьком саду высоко над своим водосточным желобом.

Тем летом розы цвели так великолепно, как никогда раньше, маленькая девочка пела песню о розах, и при этом думала о своих; и она пела это маленькому мальчику, а он пел ей:

«Розы растут в Дейле,

Наши цветочки, Иисус!»!

И они, без всяких сомнений, держали друг друга за руки, целовали розы и смотрели на сиящий лик Бога и говорили с ним так, словно перед ними было живое дитя Иисус. Там, где стоят прекрасные летние дни, там цветут благослоенные свежие Розы, которые, кажется, будут цвести вечно.

Как-то раз Кай и Герда рассматривали книжку с картинками, там были разные животные и птицы, а потом колокол ударил пять раз на большой церковной башне, на что Кай сказал:

– Ау! Что-то кольнуло меня в сердце! А теперь у меня что-то в глазу!

Девочка обвила ручонкой его шею, чтобы посмотреть, отчего он так часто моргает, но в глазу как будто ничего не было.

– Должно быть, выскочило! – сказал он.

Но это было не так. Это был один из тех стеклянных осколков, на которые раскололось зеркала, волшебное зеркало, мы помним это, ужасное стекло, которое делало всё большое и хорошее, что отражалось в нем, гадким и отвратительным.

Несчастный Кай, дьявольский осколок, о котором мы уже говорили раньше, попал ему прямо в глаз. Увы-увы! Теперь его сердце станет холодной льдышкой. Боль ушла, но осколок в глазу остался.