Белуха. Выпуск №6

Развернув его, она увидела стройные ряды букв, и тотчас вскрикнула от боли, защемившей душу. На маленьком листке в клеточку крупными красными буквами было старательно написано: «Милой мамочке в день рождения!»

Рыбкин и Пташкин

Давно дело было – этак века полтора назад, только и по нынешний день жадность, корысть и обман есть суть жизни многих из нас – грешных людей.

…

Жили в одной деревне через общий забор соседями, – Иван Васильевич Рыбкин и Василий Иванович Пташкин, дружно жили. Только Иван Васильевич жил безбедно, – имел маленькую лавочку, а Василий Иванович небогато, – даже козы не имел, не говоря уже о корове.

В особо трудные дни Пташкин кланялся поясно соседу:

– Помоги, соседушка…

Тот успокаивал: «Бедность не беда, беда, когда болезнь, а твоя семья жива—здорова, слава Господу, помогу, чем могу». И помогал, когда хлебом, когда деньгами – всем, чем мог. Возврат долга не требовал, но в тетрадку всё записывал.

Мыкался, мыкался Василий Иванович, с воды, на хлеб, перебиваясь, и решил поехать в уездный город – к двоюродному брату Семёну Филимоновичу Звереву за советом, – как жить дальше.

– Пущай посоветует, как жить дальше? Как—никак дохтур он – большой человек. Бог даст, может быть, деньг даст, брат всё ж таки, не чужие мы.

Приехал. Брат встретил хорошо, стол накрыл, не богатый, но сытный. Выставил на него рыбу, мясо, пироги, чай сладкий и даже бутылку водки поставил. Посидели, поговорили. Василий Иванович рассказал ему о цели своего приезда. В конце беседы сказал:

– Прибыл я к тебе, брат, за словом.

Обскажи, как дальше жить? Ты самый грамотный и умный среди всех нас… братовьёв.

Почесал за ухом Зверев, бороду помял и сказал:

– А вот скажи, дорогой брат Василий, много ли в твоей деревне народу, которые коров держит, и куда молоко сбывают?

– Народу много, дорогой брат Семён, дворов пятьсот. И коровы почти в каждом дворе есть… по две и даже более. Сбывают… да куда сбывают… – махнул рукой, – а так—то в основном в соседнее село… вёрст за пятьдесят везут… в «молокайку».

С утренней дойки соберутся и обозом идут… к ним по—пути ещё из соседних деревень примыкают. К вечеру возвращаются, а там и вечерняя дойка. Хлопотное это дело… корову держать. А не дай Бог, какая болезнь падучая… всё… гибель. Помнишь, небось, как наши—то, когда мы огольцами ещё были, скота лишились от «сибирской язвы… твои родители—то выкарабкались, богато жили, а мои в нищету скатились и её мне по наследству передали.