Под тенью вечности

– Знаешь, я нашла тебе квартиру, причем совсем рядом. Буквально одна улица от меня. Можем посмотреть ее. Как долго ты пробудешь?

Им принесли основное блюдо и закуски. Сергей попросил официанта принести водки.

– До четверга.

– Стало быть, еще три дня. А далее? – Она не прикасалась к еде.

– А далее, в свой полк за документами. К слову, сегодня нужно осведомиться у знакомого майора… Я отобедаю у него. Сопроводишь бедного моряка?

Она взяла его руку.

* * *

Придя в квартиру, Сергей разобрал вещи, принял ванную, и оба стали собираться к майору Телягину.

– Думаешь, он поможет? – Спросила Ирина, когда они уселись в экипаж.

– Он не может не помочь. Он старый знакомый отца, часто бывал у нас. Ушел в отставку, купил именьице, живет – не тужит.

– Тебе очень к лицу форма.

– Мне очень к лицу ты.

Они добрались до имения Телягина, которое напоминало средневековый особняк. Фасад был декорирован ажурным орнаментом, подъезд украшали статуи, похожие на горгон, однако фронтон и крыша с башенками были прямоугольной формы, что немного приближало архитектуру здания к современному стилю.

Гостей встретил чопорный старый дворецкий и проводил их в гостиную, где ожидал хозяин в компании джентльмена и двух барышень.

– Морской волк!

Воздев руки, полный радости, к Сергею направился мужчина лет пятидесяти с лысой головой и седой бородой. Это был типичный военный в отставке, который не хотел козырять своим интересный прошлым, завешивая его «гражданской мишурой» вроде бесчисленных картин, модной мебели и классического фрака.

– Как я счастлив, что ты наконец добрался до меня! – Он обнял Сергея. – Нынче все в Москве, друг мой. Представь мне чудесную даму, сопровождающую тебя.

Телягин поцеловал руку Ирине, наговорил ей сладких комплиментов и пригласил пройти в гостиную, куда подали аперитив. Дамы, сидевшие в просторной гостиной, выполненной в стиле старого парижского рококо, были дочерями Телягина: Мария и Дарья, а джентльмен являлся мужем одной из них – младшей, Дарьи.

Мария была намного привлекательнее сестры, тем не менее осталась старой девой и казалась она весьма смиренной. Дарья же, не отличалась ни красотой, ни чувством юмора, но супруг ее не сводил влюбленных глаз с молодой жены. Любовь, порой, чудна.

– Я не забыл о твоей просьбе, Сережа, – сказал Телягин, когда сели обедать.

– И что же?

– За этим дело не станет, будь покоен. Однако же мне нужно разрешение вашего главного.