Русские бабы

Непостижимая, неразгаданная – притягательная. Люди досужие доберутся – похватают за нежное кружево – надорвут, обескуражат, обеснуют – с бесом её живучесть свяжут, спутают – небесную радость разрушат… Увлекут, привяжут за власы к конскому хвосту и поволокут по колее – чужие, злые люди. Убьют и злорадствуют… А она – Тайна. На обломках мира Храм возведёт. На песке, на стремнине, на облаке небесном. Неубиваемая Любовь. Узлы канатов разрубит, погубит себя и сама же возродит. И на муки пошлёт. И силу даст – перенести всё – Любовь.

«Мы из разных миров. Я забыла – какая дверь…»

Мы из разных миров. Я забыла – какая дверь.

И летим, как пилоты нелепых своих потерь.

И жужжит наш мотор голой яви, пропеллер, жесть.

Хорошо, что на свете ты в этой Вселенной есть!

У которой одна, как стрела золотая, ось.

Ты забудешь меня?!. Ну, давай, позабудь! Авось…

Вот – мы брошены в хаос. И пропасти впереди.

Ты сказал – уходи!.. И я вторила – уходи!..

Это космос. Воронка галактик – в неё ввернусь.

Это светлое место, над осью – святая Русь.

Это мир изначальный – вращение изнутри.

Ты сотри свою память. Меня сотри и смотри:

Мы из разных миров. Но разлуки я не боюсь.

Место встречи одно – у реки, у Оки, где Русь.

Олива

Когда в устах не пища, а молитва,

Как плод духовный нежно пламенеет,

То в животе моём растёт олива

И, кроной в сердце упираясь, зреет.

Как новый ангел в оперенье белом,

Сходящий от Небес на морок грешный.

Она прекрасна – ручки, ножки – тело,

В ней ДНК, спелёнатые в чресла.

А я иду ухабами, дорогой,

Мне щёки обдаёт пожар моторов.

Несу себя, цепей остов расторгнув,

Перед угаром дышащих драконов.

Во мне Она – меча войны сильнее,

В ней капилляры, звенья и колечки.

Распахнутая косточка, идея

На дланях Бога, там, где горячее.

Живёт, растёт невидимым магнитом,

Ладонями прикрыв начало мира —

Из пены океана Афродита

На раковине, волнами раскрытой.

Затем в устах моих цветёт над миром,

Не затихая, музыка молитвы,

Что в животе округлом и счастливом,

Пред лилией архангела – олива.

За то оно так жаждет нас и любит —

Златое пламя звёзд и преисподней,

Что мы вынашиваем чудо под исподним

И белым млеком наполняем груди.

В переплетенье веток, капилляров

Свиваем Слово в звенья и колечки,

Не убоявшись войн и смерти ярой,

Не устрашаясь мук от рода вечных.