Шелковичные чернила

Его вибриссы нереально белели на замурзанной физиономии, сразу было заметно, что его окрас когда-то был бело-черным, но исходя из того, что шахта есть шахта – это было очень давно. Глядя на эту двухцветную хмурую морду, припомнились слова величайшего из котов: «В нашей породе мужчины в черно-белой шкурке не в диковинку», а на этой шахте, как я успел заметить, это был кондово-классический окрас. Скорее всего, именно потому, что белый цвет был далеко не белым, а кардинально-дымчатым, этот котяра выглядел до-вольно древним.

«Ожидалка» ожила, стали заходить рабочие, садиться поближе к радиаторам, греться. Когда на скамейках мест свободных не осталось, какой-то забойщик взял кота и посадил его на высокий подоконник, а сам сел на его место. О, с каким презрением посмотрел котяра на захватчика: «Ну, ты и сволочуга!» – говорил его нахмуренный взгляд.

– Что же ты обижаешь заслуженного шахтёра – обратился к забойщику пожилой проходчик, – его уже на льготную пенсию скоро всей шахтой провожать будем, а ты его с нагретого места…

Через пару минут подошла клеть, все вышли на посадочную площадку, однако, эта клеть шла не на мой горизонт, поэтому я вернулся в «ожидалку».

Кот уже снова сидел на своём месте, а рядом сидел тот самый проходчик, что заступался за кота. Он гладил животное по холке и приговаривал: «Ну, что, Максим, сегодня в шахту с нами не поедешь?»

– А что, ездил? – как человек новый на этом предприятии, я не сдержал своего удивления, я слышал, что животные очень плохо переносят спуск на огромной скорости на большую глубину, я и сам лет пятнадцать назад первые недели, в начале работы в недрах, очень неважно чувствовал себя после спуска-выезда.

– Ещё бы, – сказал проходчик и поведал мне приключения, этого почтенного кота.

Как-то бригада лесогонов1 ехала в ночную смену, а бригадир их днём изрядно заложил за воротник, отоспаться не успел и в шахту ехал, водя обезьяну2. Хмельная голова – и бедовая, и смешливая, и, когда бригадир увидел кота Максима, который сидел на посадочной площадке возле будки рукоятчицы3, взял его на руки, а затем, под хохот всей бригады сунул за пазуху, приговаривая: «Поехали, котик, шахтных мышей гонять».

Подошла клеть и вся весёлая компания, вместе с ничего не понимающим котом, поехали на горизонт 975 метров. Лесогоны, когда спустились в шахту, выпустили Максима на околоствольном дворе, и приказали: «Мы через четыре часа вернёмся, а ты, чтобы всех мышей переловил» – и отправились на свой участок.