Колокольный мертвец

 – Меня тут уже ни во что не ставят!

– Нет конечно. Хочешь супу? – Тимофей попытался задобрить хлевного.

– Нет спасибо, сам питайся. Тебе расти надо, – успокоил его Драгомир. – Я себе еду найду, всю жизнь жил без подачек, и дальше проживу.

– Но это не подачка! Я делюсь с тобой от чистого сердца, – обиделся Тимофей.

– Не цепляйтесь друг к другу. – В дверь прошмыгнул Домослав. – Я лишь чуть-чуть послушал вас, а вы уже ругаетесь.

– И ничего мы не ругаемся, – ответил Драгомир. – Но неправильно же говорить «я остаюсь один», когда всем известно, что здесь еще полно народу!

– Полно не полно – главное, что кто-то есть, – поддержал Драгомира Домослав.

– Ну набил, ну и чего.

Тимофея эта фраза удивила – когда это Драгомир успел поесть? Разве что пока Тимофей выбегал наружу.

Домовой также сел на пол напротив Тимофея, а Драгомир развалился от него по левую руку.

– Вот, теперь придется на жестком полу корячиться, – обиженно пробубнил Драгомир.

– Ой, что ты! – воскликнул Тимофей и выбежал наружу.

– Чего ты гоняешь парня? Дал бы доесть спокойно, – пожурил своего друга Домослав.

Драгомир не успел ничего ответить, Тимофей уже затаскивал внутрь свежую солому. Теперь мальчик и сам удивлялся, как он сумел донести всю эту кучу за один раз. Чтобы собрать солому со двора, на котором ее уже немного потрепал ветер, пришлось ходить трижды. Тимофей собирался раскидать солому по полу, но домовой остановил его.

– Отложи-ка ты это дело на завтра. Вон, уже темнеет, а завтра я помогу тебе с этими деревяшками. – Домослав постучал ногой по полу.

– А как же спать? – обиженно спросил Драгомир.

– Собери себе небольшую кучку и спи на здоровье! – воскликнул домовой.

Темнота спускалась довольно быстро. Мама зашла, забрала посуду, которую Тимофей за разговорами даже не успел помыть, пожелала спокойной ночи и ушла, оставив Тимофея, как она считала, одного. Мальчик уютно устроился рядом с Драгомиром, который уже лежал на боку, сладко подложив ладошку под голову.

Сон никак не шёл, но Тимофей очень боялся потревожить Драгомира и поэтому не шевелился, хотя очень хотелось немного повертеться на месте. Зато думать ни о чем не думалось, так что мальчик просто глядел в потолок, разглядывая темные обтесанные бревна.