Колокольный мертвец

Тимофею уже было трудно удивляться (слишком уж много всего произошло за последнее время), но так быстро пол начал принимать приятный и совершенно чистый вид, что мальчик на радостях помыл даже стены, боясь, что моющие свойства воды закончатся.

За этим занятием его и застали родители. Отец сначала захотел раскричаться и даже успел воскликнуть: «ЧТО?!», но потом плюнул на чистый пол и ушел в дом. Мама же подошла к Тимофею, похвалила его и позвала к столу, но попросила подойти только после того, как поест отец.

– Я бы хотел переселиться в хлев, – опустив глаза, тихо сказал Тимофей.

Мама уже была в дверях, но тут же быстрым шагом вернулась к Тимофею.

– Ты что? Ты же не животное, что о нас подумают другие?

– Вот видишь, вам важнее то, что думают другие, а не я! – обиженно воскликнул Тимофей.

– Как знаешь. Посмотрим, что скажет отец. – Видя состояние сына, мама понимала, что спорить с ним сейчас было бесполезно.

На удивление Тимофея, отец согласился очень легко:

– Туда ему и дорога.

Я же говорил, что у меня больше нет сына, так, непонятная зверушка какая-то. Может, ему вообще лучше перебраться в лес? – Он усмехнулся собственным словам и отвернулся, больше никогда не обращаясь к этой теме.

Тимофею такое поведение отца было только на руку.

4

Тимофей уже отмыл всё, что можно было отмыть и вынес всё, что можно было вынести, когда мать принесла ему еду прямо в хлев.

– Отец сказал, что теперь ты будешь есть только здесь.

Тимофей ничего не ответил, только взял из маминых рук большую глубокую деревянную тарелку с наваристым супом.

Мама немного подождала, посмотрела, как сын усаживается на деревянный пол, грустно отвернулась и пошла к двери.

– Спасибо, – Тимофей всегда был очень вежлив, и он не смог промолчать. – Не беспокойся мам, я здесь всё замечательно устрою. Заодно и вам мешать не буду.

– Ты нам и так не мешаешь! – порывисто ответила мама.

– Мне пора становиться мужчиной, я должен подготовиться к испытанию. – Этот ход уже давно был придуман Тимофеем, ради такого мама разрешит ему всё, что угодно, а отцу и так на всё наплевать.

– Может быть, ты и прав, – сказала она, потрепала Тимофея по голове и вышла.

– Ну вот, я остался совсем один, – сказал Тимофей, глядя в пустоту, и жадно глотнул еще горячий суп.

– Ничего себе один! – послышался голос Драгомира. Тот все это время провел, слоняясь из угла в угол, несколько раз он даже выглядывал наружу, как бы чего-то опасаясь.