Изменить этот мир

Этот удар у меня уже был отработан почти до автоматизма, поэтому здесь осечки не было. Лезвие вошло довольно легко – видимо, позвоночник я не задел. Выдернув нож обратно, я нанес завершающий удар – такой же удар в горло, но, повернул лезвие немного вверх, надеясь на то, что лезвие достанет до его мозгов, которые, вполне возможно, он уже пропил…

Дело было сделано. Не сказал бы, что очень чисто, но добротно. Для первого раза, по-моему, неплохо. К мертвому пьянчуге я больше не прикасался. Конечно, хорошо было бы сымитировать ограбление, но я не вор и не грабитель.

Проблему со следами я разрешил довольно просто. Выйдя на середину моста (который, естественно, тоже был в темноте), я поменял там обувь и одежду, сложил все это в рюкзак (предварительно достав из него пакет с личными, неподлежащими выбросу вещами) и бросил его в речку. Ножик последовал отдельно, за ним полетели и ножны. Я видел, как течение уносило мой рюкзак, который, постепенно набирая воду, погружался все глубже и глубже.

Дождь должен был смыть все следы от моих кроссовок на мосту, ну а о запахе, я думаю, можно вообще не упоминать.

Сегодня судьба дала мне идеальный шанс. Надеюсь, я ее не подвел.

* * *

Прямым путем направиться к Насте мне показалось несколько опрометчиво, поэтому, обойдя пару домов, я вернулся по другой дороге почти к самому метро и купил там газету, перекинувшись парой слов с продавщицей, надеясь, что на всякий случай она меня запомнит и заметит, что я иду совсем другой дорогой.

Теперь путь через церковь был для меня закрыт. Как часто говорят: «Преступник всегда возвращается на место своего преступления». Что ж, может быть я когда-нибудь и пройду там еще разок, через год или полтора. А может, провожая Настю, я пройду там и раньше, но в остальных случаях – все, дудки.

По дороге я заглянул в булочную, и знакомая продавщица радостно выдала «мой обычный заказ» – белый и половинку черного. Не знаю, правильно это было или нет – показываться знакомой продавщице, но сделанного не воротишь…

Выходные

Войдя в подъезд, я, как всегда, наткнулся на консьержку, которая, перелистывая какую-то газету, поинтересовалась, не закончился ли дождь.